Анна (anna_y) wrote,
Анна
anna_y

Дульсинеи, много разных и почти все хорошие

Сколько помню, я всегда что-нибудь собирала. В школе почему-то мыло (потом, когда за Уралом настали безмыльные времена, это очень выручило семью и друзей). В институте почему-то обертки от шоколадок (без шоколада было вполне переживабельно, а вот дизайн обложек меня прямо завораживал). С тех пор прошло немало зим, и я, видимо, устарела, потому что сейчас собираю всякую ерунду, мало кому интересную. Например, балетные вариации. И их исполнения, что, конечно, самое интересное. Сразу видно не только где резвились редакторы-хореографы, но и школу. А внутри одной школы - кто из балерин чем берет и в чем силен.

Правда, в конце 19 века коллекция моя была бы сильно ограничена, существуй даже в те золотые времена видеозапись. Вариации тогда принадлежали не балету, а балерине. Ставилось на нее, танцевала она, и только она, и до определенного времени вариация переходила из балета в балет вместе с балериной. Сейчас нам это как-то дико. Совершенно невозможно представить, чтобы вариации из Спящей, ЛО, Раймонды или даже Баядерки были бы не те, которые там в конкретном месте под конкретную музыку с конкретной хореографией, а в зависимости от того, какая балерина сегодня танцует. Но когда-то было именно так, чему хороший пример - "Пахита", не балет, который Лакотт типовосстановил в Париже, а шикарный дивертисмент для созвездия прим, каждая со своей личной вариацией, каждая показывает то, в чем особенно сильна, каждая имеет возможность сделать других, включая даже ту, которая выходит не только в вариации, но и в паре. Сложившуюся традицию ломали не без хруста и сопротивления. Вариации постепенно входили в состав партии, а хореотекст потихоньку бронзовел и приобретал стабильность, сколько это возможно для хореотекста.

Кроме "Пахиты", можно еще изучить на предмет следов традиции такое не совсем каноническое произведение, как "Дон Кихот". В "Корсаре", бывало, тоже меняли вариации, взять хотя бы знаменитую старую запись падеде в исполнении Сизовой-Нуриева. Вариация у Сизовой (с непревзойденным, кстати, прыжком) совсем не та, которая принята во всех виденных мною редакциях балета. Но история вариаций в ДК нагляднее. Случилось это все немножко из-за Кшесинской, а немножко из-за Дудинской, дам, которые каждая в свое время сами могли выбирать из традиций те, которые считали более традиционными. Вот тут - http://www.youtube.com/watch?v=6kKsEx14j8k - в тексте под видео довольно подробно о том, как сложилось так, что Дульсинея в Мариинке имеет две вариации, одну общеизвестную, а вторую более редкую, но ничуть не менее шикарную и изысканную. Добавлю разве, что вставная женская вариация в знаменитом свадебном донкихотном падеде имеет еще больше вариантов - в одной Мариинке целых четыре.

Был бы этот беспредел в ЛО или Спящей, он был бы беспределом. А так, на мой взгляд, весьма уместная игра традиций, причем традиций 19, 20 и теперь уже 21 века. И хорошо это весьма. Балет вообще куда тоньше и умнее, чем принято считать теми, кто его не знает.



Вариация общеизвестная, вариант Мариинки.

Татьяна Терехова, 1988.




Ирина Чистякова, 1989.




Диана Вишнева.




Олеся Новикова.




В Москве в общем похоже, хотя традиционное стремление включить в хореографию трюк повыигрышнее, конечно, традиционно. Элегантный прыжочек перед дивным расцветанием тела в арабеске заменяется прыжком повыше и поэффектнее, как, например, у прыжковой Осиповой или не совсем прыжковой Захаровой. Часто вставляют вместо этой диагонали пышные итальянские фуэте. Павлова и того круче разошлась. Ничего плохого в этом, на мой взгляд, нет. Трюк в ДК - это не трюк в ЛО, тут можно. Красивый торт, красивые розочки. Игра традиций. А вот я еще так могу данный торт украсить. Александрова, вечный Оберин Мартелл, не менее прекрасна, чем женственно-королевственная Ананиашвили. Ну и ура, если сделано действительно со вкусом, красиво и балетно, а не как, простигосподименягрешную, Плисецкая. Выпеченный ею тортик в свое время вызвал у меня оторопь, потом много здорового смеха, а сейчас я думаю, что своя ниша у Плисецкой в балете, конечно, была, и даже немножко пошире той, которую занимает сейчас Эван Макбэзил, но за пределы ниши ей выходить, как и Макбэзилу, противопоказано.


Майя Плисецкая, 1964. Дети! Уйдите от серых экранов или по крайней мере не берите пример!




Надежда Павлова, 1978, и ее торт.




Нина Ананиашвили и ее торт.




Мария Александрова и ее торт.




Наталья Осипова и ее торт.




Светлана Захарова, торт переходного типа.




Другой пример торта переходного типа - французско-нуриевское пирожное из Парижской оперы. Как многое в постановках Нуриева, похоже на Мариинку. Местами, правда, хочется, чтобы на Мариинку похоже было больше, а на младую регулировщицу движения - меньше. Но Дюпон с Жильбер обе очень исполнительные и тщательные дамсы. Хотя трюк им тоже не чужд.


Орели Дюпон.




Доротея Жильбер.




А теперь - та вариация, которая в Мариинке для избранных. Дудинской у меня, правда, нет, но есть две других великих, одна невероятно прекрасная и одна выдающаяся. (На самом деле это вариация Царь-девицы из Конька-горбунка, не того, что Ратманский поставил на типомузыку Щедрина, а из славных времен бриллиантового императорского балета.)


Габриэла Комлева, 1972 год, гастроли в Японии.




Эльвира Тарасова.




Маргарита Куллик, 1997.

https://vk.com/video-11665068_171194823?list=3e6b6de2e453888409


И, наконец, Виктория Терешкина. Запись достаточно старая и несовершенная, в сети нетрудно найти поновее и даже последекретные. Эту люблю потому, что ракурс позволяет особым образом оценить последнюю алмазную диагональ.




Про варианты вставной вариации из свадебного падеде все-таки, наверное, в другой раз.
Tags: балет
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments