Анна (anna_y) wrote,
Анна
anna_y

Оксана Киянская, "Павел Пестель: офицер, разведчик, заговорщик".

На самом деле у Киянской о декабристах несколько книг, это я проштудировала пока только первую и начала вторую, о Рылееве, написанную в соавторстве с А.Готовцевой. Про Рылеева послабее будет, то ли из-за соавторства, то ли еще почему. Но то, что про Пестеля, фантастически интересно, упоительно профессионально, редкостно объемно и, короче, почти совершенно. Сейчас мне кажется, что совсем совершенно, но это, вероятно, все-таки результат того, что меня поглотило с макушкой. Потом, как подсказывает опыт, найдутся, как положено в нашем несовершенном мире, кое-какие недостатки, но упорно кажется мне, что они будут именно что кое-какими.

Ой, респект и уважуха. Строго говоря, не помню, чтобы я после Мартина вообще так мощно на что-то подсаживалась. И вообще читала урывками на работе, да, нехорошо, но лечебный процесс не страдал, а отчетность пусть идет темным ельником, черт с ней, с головой, я же должна была узнать, чем все кончится какими они были на самом деле, эти несчастные фигуры, выкованные из чистой стали. Все-таки люди гораздо интереснее мифа о них. Все очень неожиданно в них, в этих людях, когда их не выставляют ни злодеями, ни иконами, а относятся к ним именно как к людям. "Звезда пленительного счастья", конечно, упоительный фильм, но при всей безупречной выверенности внешнего-антуражного оно скорее романс на тему, причем временами жестокий романс. Честно говоря, Пестелю-человеку со всем его казнокрадством, служебными интригами и шантажом полезных людей среди воинского начальства сочувствовать получается куда больше, чем прежней мертворожденной помеси Железного Дровосека и Ленина на броневике.

Вообще здесь, видимо, та же история, что у Мартина, который, наподобие Лелику из Бриллиантовой руки, уже очень давно осторожно, но сильно правит Толкиена. Люди в этом мире по определению не могут быть совершенны. Герой неполноценен, если не проверяется несовершенством. Если он слаб, смешон, совершает ошибки и даже ужасные вещи, это вовсе не лишает его читательского сочувствия, а вовсе наоборот. И, простите за прямоту, совсем не мешает ему стать героем в смысле героическом, а вовсе наоборот. Мне всегда было жаль Арагорна не за то, на ком он женился или что в конце все-таки умер, а за то, что Толкиен сделал из него совершенство и превратил в икону, лишив возможности стать человеком. Хороший, наверное, был бы мужик, если бы не упертое лоббирование данного героя автором. Любить его, конечно, можно, примерно как декабриста из мифа, однако несовершенные, но в поту, крови и слезах пытающиеся стать на полграна совершеннее, герои Мартина сердцу все же ближе.
Tags: история, книшшки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments