Анна (anna_y) wrote,
Анна
anna_y

Глава пятая. Джон

8. Небольшое вступление к большому отступлению.

Итак, принципиальная возможность быть Рыцарем Смеющегося Древа у Лианны есть, а что до всяких бытовых мелочей, типа кто поможет облачиться в доспехи, пусть даже из кусков и обрывков, или возьмется изобразить необходимый герб на щите, то это вполне организуемо. Дунк справился, значит, и Лианна может. Вот что будет посложнее, и что ей, в отличие от Дунка, обязательно надо сделать (без этого даже нет смысла затевать мероприятие), - так это устранить на один день с турнира братьев. Причем обязательно всех троих.

Главная проблема, конечно, двое старших - младшего нельзя ни уговорить, ни запугать, но при отношениях Лианны с Беном ("молчидурак") можно, допустим, братика просто где-нибудь запереть. Харренхолл замок большой, укромный сундук уголок найдется. Если кто-то думает, что отношения между Лианной и Беном с годами могли и перемениться, пусть идет и читает, только внимательно, сказку Миры. "Принц-дракон спел песню, столь печальную, что девушка-волчица прослезилась, но когда младший волчонок стал ее дразнить, она вылила вино ему на голову". А вот не дразни сестру.

Тут, правда, следует остановиться и исследовать вопрос - что же такого Рейегар исполнил душераздирающего, что публично довел крепкую северную волчицу до слез. Все-таки история Лианны и ее большой, но чистой любви настолько романтична (в кои-то веки у Мартина), что вряд ли причиной слез могло быть мощное принятие на грудь того же вина. Нет, конечно, мы знаем, что когда есь тоскует Рейегар поет, народ сильно проникается. Но если принять во внимание то, чем кончилась история, а также вспомнить, как подействовал Рейегар на другую младую да раннюю, только из дома Ланнистеров...

Впрочем, девушки, вне зависимости от происхождения, социального положения и даже, о ужас, интеллекта, вообще любят певцов. Вон Саймон Серебряный Язык, который внешне не так чтобы сколько-то соответствовал образу романтического красавца (см.), а поди ж ты. Это только Тирион, верный Шае до гроба, может а-ля Джейме свято верить, что любимая ему априори верна, а сталбыть, Саймон сочиняет песни о Шае ради песен и - в качестве дополнительного развлечения - небольшого шантажа. Я лично думаю, что Саймон таким образом обеспечивал себе хорошее отношение Шаи и стабильное местечко в ее теплой постельке в периоды не столь уж редкого отсутствия Тириона. А также - что Шая, когда давала свои знаменитые показания на суде, слегка свела с покровителем личные счеты. И ведь это, прошу заметить, шлюха с опытом, знающая (или считающая, что знает) все о мужской натуре. Что уж говорить о воздействии хорошей, качественной песенной романтики и авторов оной на невинных девиц типа Сансы или ее тетушки.

Вообще Лианну обычно сравнивают с Арьей, а другая племянница вроде как совсем не похожа. Что совершенно не соответствует истине. Санса, как помним, млеет от певцов, обморочно влюбляется в доблестного и прекрасного бойца Лораса, а уж ее восторг в присутствии Настоящего Принца Джоффри и вовсе не поддается описанию, во всяком случае, приличными словами. Ну и вот. А в случае Лианны, строго говоря, то же самое, только еще хуже, ибо три в одном флаконе прекрасный принц, талантливый трубадур и доблестный рыцарь оказывается одним и тем же человеком. К тому же, в отличие от всяких джоффри, лорасов и серебряных языков, порядочным человеком. Женатым, правда, но в жизни вообще не бывает совершенства.

Короче, Лианне просто больше повезло, чем Сансе. Или меньше. Опять-таки с какой стороны Стены посмотреть.

Однако, вне степени везения, Лианна влюблена, Лианна на потоке, и удача, как часто бывает в таких случаях, начинает сама идти ей в руки. Ничего особенного делать для отвлечения братьев, похоже, не приходится, они сами ужасно заняты.

С Недом вот приключилась фиолетовоглазая Эшара - не без некоторого пинка вмешательства старшего брата (а может, и сестры, поскольку развести Брандона на "а слабо попросить девушку потанцевать с нашим Недом?" проще простого; но вполне могло быть и без этого). Насколько с Эшарой приключился сероглазый Нед, кстати, вопрос дискутабельный. Судя по списку тех, с кем фрейлина королевы танцует всего за один вечер, ей и без Неда есть кем заняться. Белый плащ - это, вероятно, влюбленный Барристан (см. его горькие, но лирические воспоминания о том, насколько Его Эшара затмевала не его Элию). Кандидат на красного змея понятно кто. Лорд грифонов, не исключено, Джон Коннингтон (нда, если Эшара и Лемора - одно лицо, их знакомство с Коннингтоном, мягко говоря, очень давнее). С другой стороны, Барристан и Оберин по прямо противоположным причинам в женихи не годятся, а Нед, между прочим, вполне годится, почему бы им и не заняться?

Что до Брандона, то у него свои проблемы. Есть история с Мизинцем, которая его не отпускает, но она не главная, хотя и очень болезненная. Уж не думаю, что наследник Старков весь турнир провалялся пьяный в дупель в углу, время от времени издавая зычные вопли: "БЕЕЕЕЙЛИШШШШ! ППППАДАЙ, СССУКА!!!" Хотя бы потому, что он участвует в турнире. Но и еще по одной, очень важной причине.

Дело в том, что Харренхолл - это не просто турнир. По составу это приблизительно саммит представителей "Золотого миллиарда". На подобной сходке обойтись без политики попросту невозможно. Если вспомнить, что турнир по времени приходится на жесточайший кризис в отношениях короля и его старого друга и многолетнего десницы, становится еще интереснее. А если посмотреть, кого на саммите неожиданно нет и кто столь же совершенно неожиданно есть, и что именно кто делает друг другу хорошего на мероприятии, становится ясно, что Лианна со своей выходкой в духе Шурочки Азаровой угодила в самый центр чего-то очень-очень важного, сложного и, скорее всего, жестокого и грязного.

То бишь политики.

(продолжение следует)
Tags: Мартин, заметки к Мартину
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments