Анна (anna_y) wrote,
Анна
anna_y

Еще "Легенда", Мариинка, 23 апреля

У меня беда с Легендами - они всегда пробуждают желание писать длинную простыню, а я этого сильно боюсь, много слов - много глупостей. Но все-таки. Поскольку спектакль на сей раз был Спектакль, при всех недочетах. Вообще спектакли, они как, допустим, пейзажные парки - в них должны одновременно присутствовать абсолютная ухоженность и полная естественность. И любая дрожь на заветной грани считается побегом и карается потерей неповторимого впечатления.

Вот спектакли Мариинки долгое время производили впечатление парка не то чтобы заброшенного, но подзапущенного. Первоначальные контуры по большей части видны, но лишней поросли, а то и неожиданных лысин, в количестве. Такие спектакли вывозят обычно грандиозные локомотивы типа Терешкиной, подчиняющие себе окружающий ландшафт почти до степени правильной дисциплинированности. Или не локомотивы, но крупные артисты, ландшафт не подчиняющие, однако при них на ландшафт особо внимания не остается. В общем, садовники если и блистали, то своим деликатным отсутствием.

А это неправильно. То есть я целиком за крупных артистов и учет их трактовки садовниками, уж не говоря о том, чтобы создатели спектаклей учитывали грандиозные природные явления типа Терешкиной, способные неслабо изменить ландшафт. Но все же должна быть в ландшафте, пейзажном парке и спектакле одна рука. Которая все это мягко, но неумолимо сведет в единое целое.

Вот в Легенде 23 апреля я впервые за очень долгое время эту руку почувствовала. И просто бальзам был на душу, когда стало понятно, что данный парк любят и обихаживают. Паркам и спектаклям это очень идет. Да, были слабые места, но в Спектакле они переносятся куда проще, чем вид откровенно заболоченного и замусоренного газона в Нижнем парке Петергофа (а ведь до Знаменова еще как было). Я уж не говорю о том, что с артистами очень хорошо и плотно кто-то работает в плане образа, оно не новость. Но ведь взялись за саму структуру спектакля. Даже там, где грандиозный локомотив Терешкина. Очень смешно с нашей житейской точки зрения, когда балетные ругаются, что погоня была слишком быстрая. Погоня она или прогулка, в конце концов? Но ведь балетные-то по делу, оказывается, говорят. Терешкину ввели в жесткие рамки, притормозив погоню до приемлемого уровня, и это оказалось сто раз правильно, ибо идеально доделано и не менее идеально легло в структуру.

В общем, права была моя любимая капельдинерша, у которой я всегда беру программки, а она мне говорит, какой будет спектакль. В этот раз сказала - будет замечательно. И снова не промахнулась.

Что до отдельных героев, тут я, конечно, выбирала, на кого шла. Выбор, впрочем, был не так чтобы адски труден. Поскольку в первый из трех легендарных вечеров обещали Скорик с Сомовой, а их я уже видела и с особенностями трактовки царственных образов знакома. Вряд ли меня хватит еще раз глядеть три акта, как Скорик брезгливо нюхает свои подмышки. Что до Сомовой, то тут, как говорится, можно забрать девушку из Мухосранска, но нельзя забрать Мухосранск из девушки. Если никак нельзя не ставить мухосранскую приму и антидезодорантную почтиприму в Легенду, то по крайней мере у меня вольная воля их избегать.

С третьим вечером было сложнее, ибо там обещали Кондаурову. Но с довеском. Сначала в виде сомнительного Аскерова (на вечере Терешкиной он мне впервые понравился, но хватит ли этого для Ферхада? я лучше пережду) и еще более сомнительной Шапран. Потом Аскерова с Ермаковым поменяли днями, но я все равно осталась в сомнениях, ибо Ермакова и его невыносимую ферхадную манерность видели, знаем. Забегая вперед, скажу, что свежее видео с Ермаковым в сети я внимательно посмотрела и чрезвычайно рада прогрессу. Парень прямо рванул семимильными прыжками прочь от манерности и посему супермолодца. Что там в Большом, где он недавно Легенду танцевал, с ним сделали, не знаю, но первые два акта просто отлично, а третий доработает.

Впрочем, жалеть, что не пошла на третий вечер, я никоим образом не могу, ибо Ермакова в Легенде вживе еще, надеюсь, увижу, а вот его женщин хотелось бы в этих ролях не видеть как можно дольше. Матвиенко никогда, а Шапран - пока она не совершит рывок как Аскеров и Ермаков вместе взятые. Потому что Ширин - роль особая, а у нас ее все стремятся танцевать разные копытные гражданки. И ладно бы газели или серны, есть там в хореографии отсылки к. Но нет, подвизаются то козочка, то овечка, а теперь, граждане, поздравим друг друга, в Мариинке появилась молодая телочка. Которая с одинаково радостным (Кристиночке дали конфетку!!) или одинаково обиженным (у Кристиночки отняли конфетку!!!) выражением лица носится по лугу, мотает головой, бодается, стучит копытами и взбрыкивает задними ногами. Спасибо, будем ждать глобальных перемен, до наступления оных просьба меня восторгами насчет Шапран не беспокоить.

С Матвиенко все еще хуже. Или, наоборот, лучше, потому что цельнее и оптимистичнее. Вообще самая веселая Легенда в моей жизни случилась, когда Ферхад был Иванченко, серьезный, красивый и надежный мужчина, настоящий профессионал, руководитель важной стройки где-то в Средней Азии, судя по чалмам подчиненных. Но тут явились в округе две бабы местного генерала - неудовлетворенная жена в черном и дочь вся в белом, взрослая уже, так что, видимо, от первого брака. Обе положили на красавца прораба глаз, и стало ему скверно-прескверно. Стройку свою он, конечно, защищал от них до последнего вздоха, но какой ценой, страшно вспомнить. Апофигея ситуация достигла в третьем акте, когда активная генеральская дочь в белом ввалилась в компании белых же подружек ночью на территорию вблизи котлована, и бедный героический Иванченко всю группу белых дур терпеливо водил, показывал, рассказывал, оттаскивал от котлована в высоких поддержках и вообще из кожи вон лез, чтобы и вежливость сохранить, и не допустить несчастных случаев на производстве. Наконец группа в белом свалила, и я вздохнула с облегчением, но прекрасный прораб - явно нет. Он, конечно, прикорнул на минутку в глубине сцены в своем прорабском маленьком домике, но было ясно, что это ненадолго. Так как ночь для него еще не кончилась, и главное предстояло. Я прямо рассердилась на дур в белом, когда сообразила, что они парню выспаться перед свиданием с генеральской женой помешали. А между тем жена генерала ждала, и поскольку она была особа, читавшая много любовно-картонных романов, она захотела сексуальных игр. Приди, велела она прорабу, ко мне в короне, жалаю быть страстно изнасилованной шахом всея Средней Азии! Что только не сделает профессионал ради труда всей жизни. Надев предоставленную имитацию короны и закутавшись в предоставленную имитацию плаща, замечательный строитель и вежливый мужчина явился к генеральской жене точно в указанное время, предоставил весь спектр запрошенных наслаждений, включая выжимание в свечке с переходом в оргазмический шпагат, и убежал спать перед тяжелым рабочим днем. После чего обе женщины генерала скооперировались и нагрянули средь бела дня к нему на стройку вдвоем и в сопровождении пары армейских подразделений. Посмотрев на них, прекрасный прораб обнял свое кайло и в отчаянии скорчился в позе микеланджеловского мальчика из Эрмитажа, как бы вежливо говоря - дамы, что вам еще от меня надо, я очень старался, честно, очень не выспался, дайте хотя бы работать спокойно! После чего даже генеральская жена и активная дочь усовестились и свалили. А утомленный, но по-прежнему вежливый Иванченко остался, ура-ура, со своими строителями, которые все поняли, подвиг руководства оценили, полюбили начальника еще больше, чем раньше, и в буквальном смысле слова стали носить его на руках. В общем, самый счастливый конец Легенды из всех, мною виденных.

Так что я пошла на Терешкину-Шклярова-Осмолкину и не прогадала. Не могу сказать, что Ширин Осмолкиной шедевр, но это Ширин, а не беготня телки по зеленому лужку, мухосранские пляски или экскурсии по стройке активной генеральской дочери. Осмолкина вообще как хороший портвейн - с годами все лучше и благороднее. И в плане образа, и в плане танца. Решительно должна сказать, что Мехменэ Терешкиной - шедевр. К моему несказанному восторгу, она наконец сделала первый акт так, как она может и должна была. И нет нигде ни разу такого, что она стоит между кусочком и кусочком и ждет, когда музыка переменится, переключатель щелкнет, и сменится настроение, допустим, с отчаяния тихого на крик. Теперь крик накапливается все время, пока она стоит. Нигде ни одного нелогичного или слишком резкого перехода, которые раньше, преимущественно в первом акте, были. Вот это доработали - и сразу стал шедевр. Браво.

Что до Шклярова, то, думается мне, его надо срочно записывать именно Ферхадом, а не Дезире, что, видимо, предстоит в начале июня. Потому что у Шклярова очень близок тот счастливый момент, когда он еще на пике молодости со всеми ее достоинствами, но уже битый практикой боец балетного фронта со всеми тяжелыми, но весомыми наработками. Он еще выглядит наивным, прекрасным, благородным и безупречным мальчиком, для которого самое время влюбиться на всю жизнь, а потом принести себя в жертву неожиданно свалившемуся на голову призванию всей жизни. При этом танец его волшебно чист, классичен и легок (это мы про адскую партию Ферхада говорим, да?). То есть кровь, слезы, пот и пахота сделали его таким, не знаю, надолго ли. После Шклярова сложно воспринимать не-классических Ферхадов - очень уж видно, что Григорович ставил Легенду на кировскую выучку, и как следует его настоящие ранние балеты звучат только у чисто танцующих классику. А не у тех, кто высоко прыгает, разрывая на себе тельняшку и шевелюру одновременно. Кроме того, Ферхад Шклярова из тех, кто искренне верит, что народу можно помочь, принеся себя в жертву, типа Данко. И без гамлетической истерики или глупой убежденности, а тихо, интеллигентно и естественно, как дыхание. Для правильного Ферхада это неимоверно важный момент. Вот пойдите и найдите еще хоть кого-нибудь где-нибудь, кто в наше ироничное и прагматичное время сумеет так выглядеть. Я честно перебрала всех, кого знаю, и ничего похожего не нашла.

Из вторых ролей была почти идеальна в образе Золота (хотя и не безупречна технически, но с кем не бывает) Батоева. Сама суть Золота, блестящего, быстрого, бесчувственного, любопытного, соблазнительного и т.п. Деньги, они тоже имеют свою романтическую сторону, между прочим. И был маленький шедевр Беляева - Незнакомец-Дервиш. Которому было глубоко плевать на то, что в клиентах на сей раз не просто царица, а еще и сильная женщина Терешкина. Ну, Терешкина. Ну, шахиня. Ну и? У него начальник поглавнее будет. Он был палец Бога, и точка. Первый раз я видела, чтобы в этой сцене все линии сходились не на Терешкину, а на Незнакомца, длинного, угловатого, слегка как бы неуклюжего, чуть более чем слегка сумасшедшего, проводника воли Тех, Что Наверху. И это было прекрасно.

Еще, конечно, был кордебалет. О, какой это был кордебалет. О, какое это было шествие первого акта. Я на нем встала на своем третьем ряду первого яруса, и даже не потому, что было не здорово видно, в принципе можно было пристроиться. Но просто физически захотелось встать и смотреть стоя, не из почтения, а переживая всем телом. Какая запредельная жесткая энергия хлестала со сцены, дрожь пробирает, как вспомню. Мужики ритмично жгли синхронными струями напалма, страшно и феерично. При этом все очень бережно обходили Кузьмина-Визиря, который между ними там где-то был, несомненно, но до того, чтобы руководить, он пока явно не дорос. Впрочем, и ладно. Все же понимали, что у человека срочный дебют, он императивно кинут на амбразуру, то бишь во втором акте поднимать Вику на высокую поддержку. И ведь поднял, и пронес, и не дрогнул, и спустил как следует - и такой был после этого счастливый, что я прямо тоже за него была счастлива. А что музыка ему при этом не сильно мешала - да наработает. Главное, что сделал главное.
Tags: балет
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments