Анна (anna_y) wrote,
Анна
anna_y

Джон Кранко, Эгон Медсен, Пушкин и Шекспир

Русская литература, как (пусть и не всем) известно, вышла из "Шинели". А западные знаменитые хореографы, как оказалось, из-под крыла Джона Кранко. Ноймайер, Форсайт и Килиан - неслабый набор учеников. Кранко, впрочем, и сам был очень даже. Бурно знаменит у него, правда, только "Онегин", козырная роль для балерин, считающих себя большими актрисами. Но "Ромео и Джульетта" и особенно "Укрощение строптивой" тоже очень достойные вещи. И бессменная Марсия Хайде прекрасна.

За душу, однако, меня взяла не она, а Эгон Медсен. Он входил в козырную четверку "артистов Кранко", и мэтр поставил «Инициалы Р.Б.М.Э.» как раз на своих любимцев - Ричарда Крэгана, Биргит Кайл, уже упомянутую Марсию Хайде - и Эгона Медсена.

Довольно редкая тема у человека - люди по-детски наивные и чистые. Могут быть ужасно смешны или очень трогательны, а то и одновременно. Глупые, горячие, опрометчивые, в чем-то неожиданно мудрые. При этом размах впечатляет - от Ленского в "Онегине" до фата Гортензио в "Укрощении строптивой". При полной естественности обоих.

Очень, очень серьезный Ленский. Который в первый раз друга и любимую девушку уже искренне простил.




Очень, очень стебный Гортензио.

Выход под окно любимой Бьянки. Длинный парень-ухажер, сильно напоминающий кардинала Ришелье в советском фильме, - молодой Иржи Килиан.



Ухаживание за любимой Бьянкой под предлогом "ах я весь такой учитель пения".



Финал, где мужики в полном соответствии с Шекспиром подзывают на спор своих жен - здесь Медсена и Килиана женили на женщинах свободного поведения, вот они их и пробуют свистнуть благоверных к ноге.

Tags: балет
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments