Ораниенбаум, дворец Петра III

С гекселем моей жизни за 12 дней много где были, много что видели. Тут бы мне много подумать, но разве же даст прогрессирующая энцефалопатия. Однако последнее впечатление, Ораниенбаум, на мысли навел. Впрочем, достаточно для меня обычные. А именно — что нельзя стричь под одну гребенку, красить одним цветом, и вообще, надо не орать, что все сволочи/все святые, а терпеливо разбираться в том, как устроена реальность. 

Дворец Петра III только что отреставрировали, добираться туда, правда, далеко и криво, потому что основной вход в парк от вокзала закрыли из-за реконструкции парка. Реконструкция дворца тоже, похоже, немножечко не завершена — каминный экран и мебель в Картинном зале обтянуты чем-то этаким светло-керосиновым. Смотрительница, впрочем, жестко сказала, что так и оставят. Я усомнилась — рококо, гнутые ножки и суперрезьба каминного экрана на светло-керосиновом фоне? Позвольте не поверить. Лет через десять я туда опять доползу и, думаю, все-таки ткань сделают  в духе рококо, а не супрематизма. Но сейчас не об том. 

Рассказали нам на экскурсии, что было во дворце до 1939 года, пока там не было музея. Ибо сохранился подробный акт описания, и акт, сказала ораниенбаумская дама, без слез читать нельзя. Ну например. Живопись стен пробита гвоздями, на которые вешают сушиться мокрую одежду. На чердаке разводят кроликов. А на потайной лестнице вообще живет медведь. 

И вспомнился собственный пост нескольколетней давности — как в войну поправляющиеся фронтовики из госпиталя, размещенного в ораниенбаумских дворцах, пуляли по бронзовым статуям парка. Не немцы, нет, этих там в полуфинале не было. Они люди умные и быстро поняли, что, как только пытаются наехать, из Ораниенбаума звонят в Кронштадт, и из Кронштадта по наступающим дают десяток залпов. А каждый тамошний снаряд формировал воронку примерно размером с экскурсионный автобус, согласно одному профи-военному моряку, который как-то водил нас по Кронштадту. А в каждом залпе был не один снаряд. Поэтому немцы сделали так же, как на подступах к городу со стороны Пушкина, отсняв с воздуха быстренько созданный Жуковым укрепрайон: решили людей не терять и стали ждать, пока Ленинград перемрет с голоду. Так что в Ораниенбауме в войну развлекались исключительно свои, отечественные. 

И вспомнила я, какой наплыв яростного гнева в комментах был на тот пост. 

И в очередной раз удивилась тому, как глупы люди. Разве ж пьяное и непьяное, но несомненное быдло, которое, конечно, было в героической советской армии, отменяет подвиги этой самой армии? И наоборот, кстати, тоже. Точно так и медведь на лестнице, кролики на чердаке, разломанная на сувениры лепнина и раздаренные по знакомым картины, мокрая одежда на росписи и прочая и прочая (а также, мягко напомню, десятилетия уютной жизни музейщиков, семьями и поколениями пиливших финансы задолго до перестройки и позволявших разваливаться единственному нетронутому ленинградскому пригороду), не отменяют героизма тех, кто дворцы отнял, кроличье и медвежье дерьмо вымыл, интерьеры реставрировал,  экспозицию довел до ума и сохранил для людей, и, возможно, по дороге тихонечко приобщал к культуре быдло (в приобщение к культуре околокультурного ворья, извините, не верю, слишком стара я уже для подобной наивности). 

Всегда есть такие и сякие. Главное самому не упасть до уровня быдла. И сохранить сколько можно. И воспитать сколько можно.

В общем, как-то остаться человеком. 

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded