anna_y

Category:

Севрский фарфор. 4. Две вазы в одной

Если кто-то думает, что названия ваз известны нам прямо так из 18 века, то пусть он лучше так не думает. В веке 19, когда вновь возник интерес к варварскому и допотопному рококо вообще и Севру в частности, многое забылось, кое-что перепуталось. Опять же антиквары были люди с фантазией, как видели, так и называли. Распутывали потом долго, распутали не сразу и, скорее всего, пока не все.  Ну вот, например, cuvette Verdun называли долгое время ту вазу, которая в сете коллекции Уоллес (на картинке наверху) в центре. Но теперь фарфороведы неоспоримо доказали, что сuvette Verdun — это как раз те, которые по бокам! А в центре — сuvette à fleurs Roussel. Не думаю, что стоит подробно излагать историю того, как произошло это фарфороведческое открытие. Для моего очень среднего уровня вполне достаточно понимать, что кюветы в целом похожи, но по одной очень важной детали их можно сразу различить. Это — ручки. 

В кювете Верден ручка состоит из рокайльно-кокетливо изогнутых листьев аканта. А в кювете Руссель ручка вроде сама по себе, листья там скромно и типа независимо по бокам и внизу. Вроде бы мелочи, но впечатление весьма разное, когда по бокам заложены белые с золотом полосы, и когда такие полосы конструкцией не выделены (если хочешь, конечно, рисуй, фарфоровые боги тебе в помощь, но это будет непросто). 

Начнем с той кюветы, которая теперь Верден. Изобрели ее в 1754 г., надо полагать, на фоне успеха кюветы Куртейль и гробнички, по приказу генерального директора Жана-Франсуа Вердена де Монширу. Еще он был главным акционером мануфактуры с 1745 г. Как мы все понимаем, в честь начальства была немедленно названа ваза (и мы теперь даже точно знаем, какая именно). Не надо думать, что гордые, но дипломатичные французы этим ограничились. В честь Вердена на мануфактуре назвали также чайник, сахарницу, чашку, компотьер, солонку, салатницу и горшочек для соуса. 

Чего добивался Верден, понятно, если посмотреть, что кювета его имени частенько бывает с перегородкой (отчего ранее она так и называлась «с отделениями», сuvette à compartiments). Кто хотя бы раз в жизни пытался в длинной низкой вазе составить букет, поймет, какие преимущества дает эта самая перегородка.  

Итак, кювета Верден, 1750-е, музей Севра. Края, в т.ч. перегородки, выделены синим, не спутаете.

Вот они, боковые листья аканта.

С конца 1755 года кювету Верден стали покупать. Обычно по одной, иногда парами, еще более иногда — как часть сета, в который, помимо кюветы Верден, включали уже известные нам кювету Куртейль или кювету à tombeau. 

В музее Виктории и Альберта очень красивая голубая пара 1760 г. Обратите внимание, что вертикальные желобки на передней стенке золотить не стали, и вообще узор золотого обрамления медальона явно специально высовывается за эти самые рамки-желобки.


На кювете Верден того же 1760 г., но из Лувра, желобки, напротив, золотые и решительно ограничивают медальон. Причем как на передней стенке, где сцена, так и на задней, где просто розовый фон.  А еще это вариант кюветы Верден без перегородки. Даже не знаю, как раньше заносили в каталоги особенности сuvette à compartiments без этого самого компартимента...   

На фон наложен очень красивый кобальтовый узор с золотыми кружками в центре не то цветов, не то звездочек.


На кювете опять-таки 1760 г. из Пти Пале фон тоже розовый, но декор под хорошо нам знакомый розовый мрамор.  


А вот кювета 1760 г. из коллекции Уоллес желобки вообще не замечает, они спрятаны под гирляндами. Поскольку декор опять-таки знакомый нам вызывающий розово-зеленый, спрятать под ним можно много чего, и никто не заметит, пока не вдумается. Три края декорированы подчеркнуто ярко и благодаря конструкции вазы возвышаются не то ступенями, не то этажами. Очень величественная ваза, в которую, честно говоря, и цветы-то не поставишь — весь эффект пропадет. 


В той же коллекции Уоллес — сет 1765 г., с которого мы начинали: кювета Руссель в центре, две кюветы Верден по флангам. Красивые, с золотым орнаментом по кобальту, на специально выполненных подставках, с узором типа «галечник на песке». 


В 1773 г. для графини Дюбарри была выполнена белая пара кювет Верден, сейчас она в Трианоне. Совершенно офигительной красы, с птицами, так сказать, лебединая песня. Потому что после Дюбарри кюветы для цветов из моды выходят. 


Что до сuvette à fleurs Roussel, то она, само собою, тоже названа в честь великого человека, с которым надо было дружить. Из эрмитажного каталога: «Жак Руссель, имя которого носит модель, откупщик (fermier general), был  акционером компании Элуа Бришара в Венсенне и Севре». Кроме цветочной вазы, существовали еще кувшин Руссель и тазик Руссель (тазик в предыдущих сериях даже был, симпатичный такой, кобальтовый). Но в целом простому акционеру, видимо, полагалось меньше названных в честь него моделей, чем гендиректору. 

Очень красивая голубая кювета Русселя из коллекции Уоллес 1756 г. Желобки игнорируются, сетка в золотом рокайльном обрамлении сценки с «детьми Буше» выходит за желобки. Зато есть белые акантовые листья, вроде как обрамляющие ручки (или обрамляющие вроде как ручки, тут кому как понравится). Более того, под белыми вертикальными полосами-листьями — белые резервы по углам, тронутые по краю золотыми, а в центре полихромными цветами. 


В 1760 г. создается кювета Руссель из Британского музея. Червеобразный узор золотом по кобальту, желобки не просто вызолочены, они подчеркнуты довольно широкими полосами золотой сеточки, обрамленной как бы еще одним (не рельефным, но рисованным) золотым желобком снаружи. 

Фон задней стенки не хуже росписи передней. И белые узкие серпики акантовых листьев по бокам очень изысканно лепят форму. 


Еще раз вспомним сет 1765 г. из коллекции Уоллес — другой узор, но сходный декор. 


А вот 2+1 из  (возможно, сет) 1768 г. из Лувра на всю эту архитектонику в общем плюет. Главное здесь — знаменитый севрский «глаз куропатки». Плюс пейзажная живопись в медальонах. 

Это была пара, а теперь кювета другого размера (в сетах было принято, чтобы центральная вещь выделялась). И везде, даже сбоку под ручкой между боковыми листьями аканта и над нижним листом аканта же — много, много глаз куропатки. 

Вот они, золотые глазики, каждый в своем кружочке.


Наконец, исключительной красы и роскоши кювета 1769 г. из английской королевской коллекции. Севрский лучший (королевский) синий в сочетании с севрским (офигительным) золочением и белым фарфоровым фоном. 

Так выглядят кюветы Руссель сбоку — завиток ручки, два белых длинных листа аканта по бокам, один большой белый лист аканта внизу, листья и ручка по краю тронуты золотом. 

Мне не всегда нравятся подставки, выполненные владельцами для их драгоценных предметов, но тут все ок.  

Как можно видеть, формы кювет делались со временем все сложнее и изысканнее. Однако, прежде чем говорить о самых утонченных кюветах, вспомним, что Севр любил неожиданные повороты. Так что не одними кюветами были живы севрские цветочные вазы. 

(продолжение следует)

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded