February 26th, 2005

я

Штудируя Заборова

Должна сказать, что самый первый крестовый поход, когда толпы бедняков ломанулись через Венгрию и Балканы в Византию, очень сильно деталями напоминает более позднее описание "похода детей". Ну, например.

"Бедняки-крестоносцы имели более чем смутное представление о том, где находится конечная цель их похода. По рассказу Гвиберта Ножанского, когда на пути попадался какой-нибудь замок или город, малые дети, ехавшие со взрослыми в тележках и слышавшие их разговоры о неведомом Святом Граде, "вопрошали, не Иерусалим ли это, к которому они стремятся".

Отличная фраза хрониста - "Много всякого сброду примкнуло к крестовому воинству не для того, чтобы искупить грехи, а чтобы содеять новые". Вечная жизненная проблема. Хотели как лучше, а вышло как у Черномырдина.
я

Пятиминутное размышление о победе добра над злом у Роулинг

Не, это не Толкиен. Это кардинально другая точка зрения. И, по-моему, к жизни более близкая.
Ситуация такова, что в ходе любой борьбы со Злом есть огромный риск соскользнуть в это самое Зло.

Дамблдор - не Гэндальф еще по одной причине (помимо прочих, приведенных когда-то. Лень оглашать список). Современная жизнь с министерствами, детскими комплексами воспитуемых, неистребимыми межличностными проблемами и прочими заморочками гораздо более предрасполагает к неоднозначности любого поступка, чем эпический мир "Властелина Колец".

Дамблдор гораздо более неоднозначный герой, чем Гэндальф, не только из-за разности возможностей - возможности как раз на фоне остальных очень велики. Он играет в гораздо более сложные конструктивно игры. А чем сложнее игра, тем проще соскользнуть в состояние наслаждения игрою ради игры ("Скользи по лезвию ножа, дрожа от сладости пореза, чтобы навек зашлась душа, привыкнув к холоду железа").

Все, на что можно рассчитывать, как говаривал один литературный герой, это успеть разок махнуть мечом *в данном случае палочкой* в правильную сторону. Ну и, само собою, попытаться вместо убийства перевоспитать.

Но и только.
я

Не быть мне писателем. И это хорошо. Ибо бодливой корове Бог рог не дает.

Нету у меня ни грамма оригинального творчества.
Вот кого-нибудь другого разобрать - это мы могем под настроение. Но создать чего-нибудь... ах, увольте.
Будь я гуманитарием, была бы я, вероятно, критиком.
Как хорошо, что я не гуманитарий. :D :D :D
я

Сова вторая. Сириус Блэк.

Помнится, как чудная управдомша-Мордюкова в «Бриллиантовой руке» все пыталась добиться от не менее чудного Семен Семеныча Никулина лекции на тему «Нью-Йорк (Стамбул) – город контрастов».
Круче Мордюковой мне сроду не бывать. Итак, сова вторая, или Сириус Блэк – герой контрастов.

Collapse )