May 26th, 2012

я

Заметки на мартиновских полях. Джон Аррен как объект реконструкции (4)

14. "Обращайся с другими людьми так, как ты хотел бы, чтобы я обращался с тобой!" (из воображаемой памятки лорда Мартина для своих героев).

Защищаться от Лизы, конечно, надо, иначе не выживешь. Но защищаться от больных людей вообще-то следует иначе, чем от здоровых. Не будем отвлекаться на тех больных, которых надо бояться, это все-таки исключения. Вот у нас конкретный Аррен, вполне здоровый человек, и вот у нас конкретная Лиза, человек безусловно больной. Со всех точек зрения позиция Аррена - это положение сильного по отношению к слабому. Строго говоря, он может оградить себя от жены очень разными способами, включая летальные. Применение последних, разумеется, требует некоторой осторожности, но, в общем, и только. От резких телодвижений Аррена удерживает главным образом собственная совесть. Ведь кто Лизу защитит? Друзей у нее нет. Кейтилин и Нед далеко, на Севере. Дядя человек хороший и вроде не равнодушный к племяннице, но он в столице, как помним, не живет. В Риверране тоже глухо. Эдмар Вездесующий занят понятно чем. Папа Хостер, конечно, мог бы. Но позволит ли психическая Лиза себя защищать папе после того, как она решительно отрезала себя от родного каравая, устроив громкий развод, раздел имущества, забирание игрушек и размежевание горшков? Нет, если ее хорошенько напугать покушением на жизнь, то, может, она про папу вспомнит. Но кто ж из опытных неглупых мужей, собирающихся убить жену, сначала идиотку предупредит и лишь потом примет меры? Как говаривал шварцевский Дракон, когда начну - не скажу, настоящая война всегда начинается неожиданно.

Однако Аррен - не Вонючка Болтон, за ним не числится не то что садизма, но даже особых смертоубийств. Вряд ли стоит ждать с этой стороны покушений на жизнь Лизы. Хостер на момент выдачи дочек замуж успел пожить, слегка поумнел и уговоры брал не из воздуха: если знать анамнез, понятно, что лорд Джон будет о жене заботиться.

Если некуда прятать труп совесть есть, надо делать для самозащиты что-нибудь еще. Сдать в Молчаливые Сестры - это, во-первых, опять же как-то совестно, а во-вторых, Лиза, точно как Серсея, имеет папу, который такого не потерпит при любом отношении дочки к нему. Потому что, вы же понимаете, родовая честь. Можно попробовать полумеры. Терпеть - щадить - баловать - давать деньги на капризы - утешать - выносить истерики - пытаться сделать ребенка. Видимо, до поры до времени Аррен так себя и ведет. Само по себе все это ничуть не плохо, но для достижения душевного равновесия у депрессантов Лизиного типа совершенно бесполезно. Ни малейших следов физической работы, которую Лизу заставляют выполнять на свежем воздухе (я бы, памятуя счастливые дни Скарлетт, предложила хлопковое поле - ну или какой-нибудь его вестеросский аналог), и вообще оздоровления души депрессивной дурочки. Политика та же, что в родном доме. Видимо, мейстер Аррена не более мудр в житейском смысле, чем мейстер Хостера.

Естественно, состояние Лизы при таком подходе с каждым годом ухудшается, особенно если вспомнить проблемы с детьми. Когда-нибудь к Лизе придется приставить кого-нибудь, кто сможет ее успокаивать. Психотерапевта, гипнотизера, старца Распутина и прочих пестунов тревожно-депрессивных голов в эпоху до вмешательства фармакотерапии в обмен серотонина.

И Аррен действительно предпринимает соответствующие меры.

Именуются меры Мизинцем. Collapse )