Анна (anna_y) wrote,
Анна
anna_y

Categories:

Четыре питерских Исаакия (без номера). Купольная проблема-5.

Глава без номера, в которой растечение того, что вместо мысли у автора, наконец добирается и до флорентийского купола.

Кто читал предыдущее, ладно уж, может и это не пропускать. Остальных, как говорят на моей третьей исторической родине, мимо просимо.




8. Об особенностях строительства куполов вообще - и перипетиях проектирования одного конкретного в частности.

Выкладывать из кирпича купол, да еще диаметром более 40 метров, конечно, работенка еще та. Для примера кратенько поясню, как выкладывать из кирпича арочный свод (а потом, памятуя, что купол есть то, что получается при вращении арки вокруг оси симметрии, трудности работы следует возвести в n-ную степень).

Итак. Сначала выкладываются опоры. Затем устанавливаются т.н. кружала. Это деревянная конструкция, которая поверху повторяет очертания арки (ну или арки в энной степени, то есть купола). По кружалу/ам производится кладка свода / купола, причем кружало поддерживает кладку, пока свод / купол не станет самонесущей конструкцией, то есть не будет стоять сам. Без кружал. В классических случаях это происходит, когда в свод укладывают замковый камень (то, что в самом центре / на самой верхушке арки). Тогда клинья, которые держат кружала, можно ослабить. Если все сделано правильно, свод / купол не начнет трескаться и тем более не упадет сразу же. Тут надо дождаться, покамест раствор полностью затвердеет, а там кружала можно и убрать. Финита, радость, фейерверк. (Посматривать, не свалится ли все это на голову, все-таки следует. Всякое бывало.)

Графическая иллюстрация вышепробормоченного: 1 - замковый камень (под молоточком); 2 - кладка свода; 3 - кружало; 4 - вариант замкового камня (внизу).

Photobucket - Video and Image Hosting

Взгляд несколько сбоку и в процессе (для таких тупых, как я):



Ну вот. А теперь, если уважаемая общественность знает, как сделать леса высотой 55 м и выше (до 110 м), чтобы закрепить кружала купола диаметром 43 метра должным образом, то она куда умнее глупых флорентийцев, которые этого не знали. Напротив, они, как люди торговые и вообще реалисты, думали, что "из-за этих двух причин - большой высоты и большой ширины купола, перекладины строительных лесов и другая арматура окажутся очень тяжелыми, и если леса возводить с земли, то это потребует не только огромного количества материала, но и сумасшедших затрат, что составит трудность, почти непреодолимую, а лучше сказать, совершенно непреодолимую".

Когда спросили мнения Брунеллески, тот с готовностью подтвердил, что все вышеозначенные трудности действительно существуют. А также, добрый такой, "назвал дополнительно множество других трудностей, о которых главные мастера и не подозревали. Тогда один из присутствующих спросил: "Хорошо, значит, нет никакой возможности возвести купол?" Филиппо, всегда отличавшийся остроумием, ответил: "Когда все будет подготовлено, непременно найдется кто-нибудь, чтобы возвести свод; так как здание это священное, то Всемогущий Господь, для которого нет ничего невозможного, нас не оставит". Мало того, что добряк, еще и шутничок.

Унывать флорентийское руководство, однако, не стало, ибо тоже было ренессансной закалки. 19 августа 1418 года был объявлен соответствующий конкурс. Поскольку строительство купола считалось делом патриотическим, к участию в нем допускались только и исключительно свои, флорентийские. Принимались любые предложения, и все авторы поощрялись пропорционально ценности их проектов.

Надо сказать, что ценность проектов варьировала весьма значительно. Дураки, как водится, оживились. Например, были предложения построить внутри собора высокую башню и по ней, как по форме, выкладывать купол. Или насыпать огромный земляной холм и использовать его как башню. А чтобы потом убрать холм было легко и ненапряжно для руководства, захоронить в холме серебряные монеты в количестве, чтобы потом энтузиасты-горожане растащили холм бесплатно и быстро. (Кто-то явно римских хроник начитался, натолкнувшись на байку о строительстве Пантеона...)

Были, однако, и вполне приличные проекты. Самый толковый (хотя, увы, тоже не слишком выполнимый) был представлен старым соперником Гиберти. Однако лишь один проект Брунеллески подходил к вопросу революционно. Ибо Филиппо предложил делать купол вообще без руля и без ветрил не прибегая к кружалам и лесам. Поскольку "такое огромное сооружение невозможно возводить с лесами, и они будут вынуждены, если все же хотят его возвести, строить без лесов".

Логика, конечно, чисто маньячная. Но самое смешное и одновременно поучительное в том, что подобные маньяки, имеющие логику явно болевой функцией (ввиду чего окружающие либо вообще их не понимают, либо понимают сильно превратно, смеются, в Азкабан сажают и все такое...), на самом деле сплошь и рядом оказываются правы. Однако поскольку маньячные объяснения обычно не столько логические, сколько орово-сенсорные, окружающих тоже вполне можно понять. Вспомним (Бог с ним, с Сириусом, он всю дорогу именно так), как Филиппо лез доказывать преимущество своей модели в отнюдь не логическом споре, пока его не выкинули из Синьории нафиг и не заперли перед ним дверь.

Впрочем, еще до запертой двери жить в родном городе бедняге стало не слишком уютно. "Филиппо боялся ходить по Флоренции, ему казалось, что вслед ему говорят: посмотри на этого сумасшедшего, который утверждает такие вещи. Однако он продолжал настаивать на своем предложении, но делал это с большей осмотрительностью". Вполне возможно, что оная осмотрительность возникла у маньяка вследствие благотворного воздействия любимого друга Донателло, совместно с которым (и еще одним общим приятелем, скульптором Нанни ди Банко) маньяк выстроил и представил на конкурс модель, сложенную из обожженных кирпичей стандартного размера в масштабе примерно 1:8 (6,5-7 метров в высоту). Причем купол был показан не в разрезе, как в других моделях (например, Гиберти), а целиком, и представлял собою что-то вроде небольшого купольного храмика, в который можно было входить.

Кладка модели велась не просто так, а в присутствии наблюдателей, которые своими глазами убедились, что довольно большой купол вполне можно возвести без внутренних лесов и кружал. Заодно Брунеллески продемонстрировал найденный им способ кладки с наклонным положением кирпичей - т.н. ai letti conici. Способ гениальный, потому что дает смещение центра тяжести свода внутрь купола. То есть купол имел великое качество само-стояния, сохранявшееся на протяжении всего времени его возведения. Плюс к тому на модели Брунеллески проверил обнаруженную им закономерность - именно дуга в 60 градусов обладает наибольшей прочностью и способна выдержать самые большие нагрузки (какое-то время его за это били разнообразные проверяльщики, а впрочем, неизвестно еще, кто кого доставал больше).

17 декабря 1418 года в одном из нефов недостроенного собора подводились результаты Олимпиады второго великого конкурса. Угостив всех приглашенных хлебом и вином, Совет признал лучшими модели Брунеллески и Гиберти. Рекомендована к исполнению была модель Брунеллески - с условием, что он использует отдельные удачные находки Гиберти, а также замечания экспертов и некоторые полезные предложения, содержащиеся в отвергнутых конкурсных проектах. Однако более года капомаэстро утвержден не был, и оба старых соперника дорабатывали проект, уже совместно. Наконец 16 апреля 1420 года на торжественном заседании назначили двух главных: Брунеллески... и его старого врага Гиберти.

Короче, повторилась ситуация первого конкурса, только Гиберти не стал гордо хлопать дверями и отказываться от совместной работы. Хотя на сей раз местами соперники поменялись, и уже не Гиберти предлагали взять Брунеллески вторым пилотом, а наоборот.

Попутно заметим, что флорентийское руководство решило проявить разумную осторожность и предложило Брунеллески "письменно изложить предлагаемый им способ возведения купола без лесов. Сделано это было для того, чтобы в случае неудачи Филиппо не мог бы отказаться от своего проекта, ссылаясь на непредвиденные трудности. Для большей верности операйи заставили его сделать копию этого документа, записав ее в приходно-расходную книгу" (написать на листочке и расписаться, чтобы не отперся).

Однако не на того напали. Среди прочих прекрасно-маньячных качеств у Брунеллески была явная склонность к мании преследования. Он считал, что окружен врагами, завистниками и предателями, старающимися его обойти, обмануть, обокрасть, оболгать, предать и так далее по списку. Естественно, пункт "подонки желают свистнуть у меня мое кровное изобретение и затем приписать себе, оттяпав славу и денежки" занимал в списке почетное место. Так что программу-то Брунеллески (в некотором сотрудничестве с Гиберти) написал, но весьма своеобразно.

Так, подробнейшим образом перечисляется все, что нужно сделать... но не говорится, как именно следует добиться желаемого результата. Ибо великодушные авторы программы предоставляют мастерам-каменщикам максимальную свободу в выборе средств и строительных приемов. Это раз.

Далее, программа рассчитана на строительство купола до уровня 30 брачча (чуть больше 17 м), в то время как высота купола заметно больше. Дословно данное хамство звучит так: "Этим способом купол следует выложить без всякой арматуры на высоту самое большее 30 брачча; но с этого уровня вверх следует делать способом, который будет предложен и обдуман теми мастерами, которые будут возводить его на высоту следующих 30 брачча, так как при строительстве сама практика подсказывает то, что следует делать".

Маньяк.

9. Великий купол № 3: стройка.

Официальное начало строительных работ было отмечено 7 августа 1420 года торжественным завтраком. По винтовой лестнице на только что законченный барабан собора было поднято угощение: бочонок красного вина для рабочих и мастеров, фьяска белого треббиано для руководства и корзины с хлебом и дынями.

Рабочих, надо сказать, было не так уж много. Непосредственно руководил работами Баттиста д'Антонио, один из старших мастеров, строивших октагон барабана. Кроме того, было восемь мастеров, по одному на каждую грань купола, и бригада простых каменщиков численностью около сорока человек. Всего-то. Когда смотришь на убедительно и победительно возносящийся над Флоренцией купол, верится с трудом. Тем не менее - историческая правда. Ура великому умению флорентийских каменщиков.

Выкладывали купол сразу по всему периметру. А поскольку купол граненый (см. ниже), решение поставить отдельного мастера на каждую грань было очень разумным. Восемь граней, восемь бригад.



Но прежде чем рассказывать, как строили, займемся выяснением вопроса о том, что же, собственно, строили.

Как всякому дилетанту, мне надо где-то знать предел моих более чем скромных сил. И я никоим образом не стану углубляться в инженерные подробности, требующие знаний, которых в моей голове нет, не было и никогда не будет. Однако на моем скромном уровне домохозяек / живодеров / естественников поговорить о конструкции все же придется.

Итак, купол Брунеллески имеет восемь угловых ребер, которые есть, собственно, дуги в 60 градусов. Между ними как бы натянуты соединяющие плоскости (соответственно ребра белые, плоскости красненькие). Конструктивное чудо (купол из кирпича 43 м диаметром - кошмар сопромата) состоит именно в индпошиве. Может быть, шестидесятиградусных дуг и особенной кладки и не хватило бы. Однако штучная работа ювелира Филиппо состоит в комплексе мелких, но крайне функциональных чудес. Например, красные паруса, натянутые между белыми ребрами, не выпуклые, а несколько вогнутые. Это не просто так. Это потому, что провисающая линия, т.н. corda blanda, не дает разломов.

Photobucket - Video and Image Hosting

Снаружи прекрасно, но внутри тоже захватывающе интересно. Да, там можно за соответствующие деньги музею собора протопать до самого фонаря и потаращиться на Флоренцию сверху. Топать долго, ступеньки рассчитаны явно не на акселеративные размеры обуви, душно, пахнет кирпичом и пылью... зато можно потрогать ручками ту самую знаменитую кладку Брунеллески. Ну а также потаращиться через каждое встречающееся окуло на виды, причем как внутри, так и снаружи собора.

Photobucket - Video and Image Hosting

Photobucket - Video and Image Hosting

Оный утомительный, но незабывающийся и поучительный турпоход возможен благодаря тому, что купол сплошной только там, где он стоит на барабане. Далее, то есть выше, он разделяется на две оболочки, внешнюю и внутреннюю.

Photobucket - Video and Image Hosting

Внутренняя - это, во-первых, тот потолок, который виден из собора (о философском смысле оного вида поговорим потом), во-вторых, это тот трудяга, который несет на себе тяжесть верхнего светового фонаря и работает против распора. Толщина внутренней оболочки примерно 220 см и при ее изучении можно видеть знаменитую кладку Брунеллески.

Вот ее кусочек возле одного из тех окуло, которые выходят внутрь собора. Может, как раз через это окошко епископ флорентийский когда-то благословил новопостроенное здание, так сказать, en masse.

Photobucket - Video and Image Hosting

Внешняя оболочка куда тоньше, "всего" 85 см, и ее основные функции - защищать внутреннюю от проникновения влаги и создавать должный (и великий!) экстерьер (см. нижепредъявленный экстерьер с некоторого расстояния).

Photobucket - Video and Image Hosting

Кроме кладки и временами окошек, больше ничего не видно. А между тем в кладке много интересного. Так, например, в ней спрятаны а) дополнительные ребра (по меридиану купола, между основными беленькими). б) большое количество разгрузочных арок, перпендикулярных ребрам, как основным, так и дополнительным, и соединяющим оные. Наружу этот скелет купола, само собой, не выступает, и видеть его можно только на схемах, где внешняя оболочка как бы содрана (см. ниже).

Photobucket - Video and Image Hosting

Кроме того, в кладке спрятаны т.н. венцы - железные цепи, которые стягивают внутреннюю оболочку, опять-таки принимая на себя силу распора купола. О венцах мы знаем из документов того времени и по исследованиям с помощью магнитов - кто говорит, что их три, кто утверждает, что семь. Ковырять кладку для определения того, сколько там цепей, естественно, никто и не собирается.

Есть еще один совершенно не функциональный венец, который к тому же видно снаружи, то есть изнутри купола, и возник он в результате довольно интересной истории, о которой см. ниже. Ибо теперь, когда уважаемая общественность знает, что именно было удумано Брунеллески и построено под его чутким руководством над совсем не маленьким и не низеньким собором Санта Мария дель Фьоре, автор решительно переходит к разговору о том, как именно осуществлялось строительство, не забывая при этом и о вопросах чуткого руководства.

(продолжение следует)

Photobucket - Video and Image Hosting
Tags: купол
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 12 comments