Анна (anna_y) wrote,
Анна
anna_y

Category:

Ряд соображений о мифической (и не только) БИ-0 в свете приближающихся выходных (8)

Ввиду невнимательности фэндома, регулярно обзывающего меня "авторами", торжественно заявляю перед лицом всех желающих: за размещенную мною на моем ЖЖ БИ-0 несу ответственность только и исключительно я.

Я вот еще очень обожаю, когда вместо того, чтобы терпеливо искать объяснение какому-нибудь неожиданному повороту событий, говорят - а, делов-то, Просто Роулинг Так Было Нужно По Сюжету. Сразу как на ладони творчество самих говорящих - добро бы по принципу "что увижу, то и пою", так нет же, "что взбредет в голову, туда и поверну". Оно, может, и неплохо для возраста дошкольного и, возможно, младшего школьного. Но потом надо бы хоть немного повзрослеть. А взросление, помимо прочего, состоит в том, что в жизни начинают прослеживаться некоторые закономерности.

Я попробую пояснить на примере. Любопытным клиническим проявлением данного типа инфантильного мышления является пейринг в фанфиках. По моему скромному мнению, фанфик изначально есть продукт второй свежести, так что автор фанфика должен потратить на порядок больше усилий, чем автор оригинала, дабы хоть частично убедить читателя, что сие не махровая графомания, на которую в принципе не стоит тратить зрение. Но пейринговые фанфики - это даже не графомания, а скорее математическое извращение психологии. Вместо того, чтобы подходить к подбору пары примерно так, как бывает в жизни, то есть терпеливо смотреть, какой кусочек мозаики с каким кусочком максимально (и красиво, а также со смыслом) стыкуется, разновозрастные дети-пейрингисты относятся к персонажам как, допустим, к простым числам. Берется определенное количество чисел и находится максимальное количество сочетаний, существующих между этими числами. И всё кино. Причем насильники психологии являются в данном случае еще и надругателями над математикой, ибо конечная сумма чисел всегда задумана ими заранее и не зависит от таких мелочей, как особенности личности, а также мелочей вроде пола, возраста, видовой принадлежности и даже одушевленности / неодушевленности объектов.

Ну, например, Гарри Поттер в принципе не может запасть на Гермиону Грейнджер как на женщину. Она для него слишком друг, почти сестра, слишком давняя и хорошая знакомая, а если говорить о подсознании, то ничуть не напоминает внешне Лили и слишком хочет доминировать. Любые пейринги на этот счет скучно математичны с означенной заранее суммой.

Или вот Альбус Дамблдор - из породы мужчин, которые могут добиться почти любой женщины (если захотят, ну или если этого очень захочет женщина, а они будут в общем не против). Но он, дорогие друзья, в высшей степени гетеросексуален, а посему нахождение его в постели с любым существом мужского типа в принципе невозможно. Ну, если только это будет Крукшанс и поверх одеяла в ногах.

Но те творцы, кто болен одновременно на психологию и математику, упорно ведут события туда, куда хотят, не желая понимать, что события имеют свою собственную инерцию, и вообще логика жизни сильно сопротивляется подобным попыткам. Только скудные опытом и/или мозгом могут представлять себе жизнь как чисто поле, где есть где разгуляться и можно к кому хочешь направиться. На практике жизнь скорее можно сравнить с мировым океаном, где огромное количество течений, меж коими несчастным пловцам приходится всячески лавировать, упорно стремясь к поставленной цели.

Местами же ограничения заданы очень жестко. Против Гольфстрима не выгребешь, Дамблдора в гомосексуалисты не зачислишь. Если же кто-то зачислил, относиться к продуктам его работы следует как к ненаучной фантастике, где утлая лодочка со слабосильным фанфикописцем бодро выгребает против Гольфстрима, причем на крейсерских скоростях.

Но возвращаясь к сюжету и восприятию его дурными головами. Роулинг держит собственную семитомную небольшую модель мирового океана со всеми его течениями под превосходным контролем. Настоящих проколов у нее совсем немного, если учесть объем работы. А проколы кажущиеся, как я уже имела удовольствие однажды писать в совсем другом журнале, сделаны нарочито. Так сказать, нечеткий след на поверхности воды от бороздящего Мировой океан "Наутилуса".

Другим ярким примером того, как опасно по недомыслию списывать на необходимость кубика в сюжете все подряд, является пребывание Гарри у Дурслей.



7. Как закалялась сталь, или Зачем Гарри работать Золушкой.

Дамблдор и Макгонагалл в прологе не только кокетничают и охотятся друг на друга - они еще и заняты делом. Так, один из фрагментов их многослойного разговора довольно четко определяет контуры "Наутилуса", то есть, простите, БИ-0, ибо объясняет одну из самых, казалось бы, вопиющих нелогичностей саги - зачем Дамблдор столько лет продержал Гарри у Дурслей.

И ведь, казалось бы, очень просто объяснить сей факт требованиями сюжета, особенностями детской сказки, архетипом Золушки-Белоснежки и т.д. и т.п. (вумные гуманитарии знают в таких случаях многабуков, каких я не знаю, пользуясь в отличие от них словами простыми и смыслом здравым). Ну вот надо Роулинг, чтобы Гарри, как истинная Золушка, пострадал перед тем, как чего-то начать добиваться в жизни.

Между тем можно не отмахиваться, а подумать, используя материал ныне широко доступной книги 6 и самое начало книги 1 (как известно, простенькой, глупенькой и вообще написанной наудачу, а также без расчета на продолжение в случае отсутствия материального успеха). И очередной кусочек сложнейшего паззла Роулинг в очередной раз блистательно сложится без швов.

Цитату - в студию.

– Хагрид запаздывает. Между прочим, это он сказал вам, что я буду здесь?
– Да, - ответила профессор МакГонагалл, - и, думаю, вы вряд ли признаетесь, почему именно здесь?
– Я пришел, чтобы отдать Гарри его дяде и тете. Это единственные родственники, которые у него остались.
– Но это ведь не те… Это не могут быть те люди, которые живут в этом доме? – вскричала профессор МакГонагалл, вскакивая на ноги и указывая на № 4. – Дамблдор… вы не можете. Я наблюдала за ними весь день. Невозможно найти людей, которые были бы меньше похожи на нас. И еще этот их сын!.. Я видела, как он пинал мать ногами, требуя конфет, всю дорогу, пока они шли по улице. Чтобы Гарри Поттер жил с ними!
– Здесь ему будет лучше всего, - отрезал Дамблдор. – Его дядя и тетя смогут объяснить ему все позднее, когда он немного подрастет. Я написал им письмо.
– Письмо? – слабым голосом переспросила профессор МакГонагалл, снова опускаясь на ограду. – Вы что, Дамблдор, думаете, что это можно объяснить в письме? Эти люди никогда не поймут его! Он будет знаменитым – легендой – я не удивлюсь, если в будущем сегодняшний день назовут Днем Гарри Поттера – о нем напишут книги – его имя будет знать каждый ребенок!
– Совершенно верно, - Дамблдор серьезно поглядел поверх очков. – И этого достаточно, чтобы вскружить голову любому. Стать знаменитым раньше, чем научишься ходить и говорить! Знаменитым из-за чего-то, чего сам не можешь вспомнить! Разве вы не понимаете, насколько ему же самому будет лучше, если он вырастет в стороне от подобной шумихи и узнает правду тогда, когда будет в состоянии сам во всем разобраться?
Профессор МакГонагалл хотела было что-то возразить, но передумала. Помолчав, она сказала:
– Да-да, конечно, вы правы, Дамблдор."


Строго говоря, без подтекста разговор абсурден и имеет право на существование лишь в каком-нибудь фанфике - а еще лучше, пародии на жанр. Я, дорогая моя, отдаю сироту на попечение его злым родственникам. - Но, дорогой, они очень, очень, ОЧЕНЬ злые и противные! - Так, бесценная моя, в этом и смысл сказки. Как же нам из дитяти вырастить Золушку, если у нее не будет должного воздействия мачехи?

Полный бред - почему это Гарри должно быть уж настолько лучше, если он вырастет в стороне от шумихи вокруг самого себя? Дамблдор, конечно, педагог исключительного калибра, но определить по годовалому ребенку, что быть известным для него хуже, чем быть подкидышем, - это, знаете ли, слишком.

И, что уж совсем абсурдно, Макгонагалл соглашается с данным аргументом. Это Макгонагалл-то, взрослая, разумная и очень любящая детей женщина! Ну ладно, какой только придури не бывает в голове у мужиков, когда дело касается воспитания детей. Но женщина, к тому же опытный педагог?

В общем, либо на придурочную Роулинг действительно нужно махнуть рукой и записать ее в разряд птичек, поющих то, что они видят, либо она в очередной раз обводит нас на голубом глазу, и мы не видим сути событий.

Вышеприведенная сцена внезапно обретает глубокий смысл, если Дамблдор отлично знает, о чем - вернее, о ком - говорит, и дает объяснения Макгонагалл очень серьезно, признавая ее за свою и вообще участницу Игры. И если Макгонагалл, которая тоже знает, о формировании чьего характера они говорят, все понимает правильно и находит в себе силы согласиться.

Действительно. Что бы значило для Гарри быть с детства уверенным в своей знаменитости? В своей исключительности? Наконец, в своей избранности?

Вот оно, ключевое слово. "Я - избранный", - повторяет на все лады одиннадцатилетний Том Реддл. Ничего нет опаснее для Реддла, чем когда окружающие соглашаются признать его избранность и особенность. Все заканчивается таким страшным, хотя и жалким, явлением, как волдемортство.

Что в Гарри, мягко говоря, много Волдеморта, мы узнаем с первой книги. И чем дальше, тем намеки гуще. Помнится, когда мы еще даже не писали, а обсуждали с соавтором БИ, я развлекалась составлением списка подобных намеков и бросила в середине четвертой книги, когда количество текста цитат перевалило за три страницы. Еще до выхода ПП все четко шло к одному. Непонятно было разве что, как именно Роулинг вывернется и устроит так, что Гарри одновременно и Волдеморт, и сын своих родителей (а что он их сын, подчеркивается не менее часто).

Самый пугающий и совершенно прозрачный намек был, помнится, в ТК, когда Гарри вдруг начал чувствовать, что имя Тома Реддла "что-то значило для него, как будто бы Реддль был полузабытым приятелем младенческих лет". Вот так, и не меньше.

После мощной артподготовки по этой части просто невозможно, чтобы Гарри не оказался одним из хоркруксов Волдеморта. Пусть даже очень нетипичным хоркруксом, потому что живым; вдвойне нетипичным, так как незапланированным; и втройне нетипичным, ибо эта часть личности Волдеморта воспитана лично Дамблдором.

Именно в ночь гибели Поттеров Дамблдор, спешно прибыв в Годрикову Лощину и увидев Гарри раньше всех остальных (а оно понятно хотя бы по тому, что до появления спасателей-магглов, кого бы то ни было из волшебников и даже, возможно, Сириуса на место происшествия прибывает Хагрид, посланный и проинструктированный Дамблдором), понял, с чем / кем он имеет дело.

Уникальный случай. Тем не менее специалист уровня Дамблдора, знающий о хоркруксах в частности и Темной Магии вообще очень-очень много (куда больше нас), вполне может быть в состоянии разобраться в ситуации. Возможно и даже скорее всего, первым делом он испытывает огромное искушение уничтожить Волдеморта без остатка, начав вот с этого, живого хоркрукса. Никто не знает и никто не узнает, как погиб сын Поттеров. Дамблдор, по обыкновению, не солжет, но и не скажет правды. Дело будет улажено.

Сделать так - и прожить остаток сытой, легкой, довольной жизни, наслаждаясь ее благами и даже имея неплохое оправдание для совести. Действительно дьявольское искушение.

Дамблдор много говорит о выборе - не потому ли, что он правильно выбрал в тот момент? Там, наверху, его любят. Ему падает в руки возможность не убить, но исправить самую большую и тяжелую свою ошибку, воспитав еще раз мальчика, который теперь не вырастет Волдемортом. Не увеличить сумму зла в мире, а уменьшить ее.

Впрочем, пока о частном. Итак, Гарри несет в себе Тома Реддла. Только поэтому имеет смысл строить его детские годы так, чтобы не развить худшие качества Тома. Не гордость своей избранностью, но скромность. Тяжесть лет, проведенных у Дурслей, позволит Гарри победить ту свою часть, которая получена им от Волдеморта.

Как сказала, прочитав данный черновик, соавтор, если бы отдать Гарри семейке Уизли - и нормальный ребенок на его месте вырос бы нормальным. Слава не испортила бы фатально его характер. Короче, чтобы избежать зазнайства, достаточно подобрать хорошую семью. А если этого недостаточно - это еще одно доказательство, что все непросто.

Да, непросто. Есть еще защита материнской крови, конечно, но о ней Дамблдор не говорит Макгонагалл ни слова. Он, знающий Реддла, объясняет ей, тоже знающей Реддла, почему ребенку придется пройти через нелегкие испытания. И только если Макгонагалл знает о хоркруксах, догадывается о том, что собой представляет Гарри, и в курсе главного, что сделало Реддла Волдемортом, может быть понятно, почему она соглашается.

А еще понятно, почему они оба плачут, расставаясь с Гарри. Именно потому, что понимают.

БИ начинается не со скуки и манипуляторства, а с любви и жертвы. И закончится любовью и жертвой.

(продолжение следует)
Tags: БИ-0
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 45 comments