Анна (anna_y) wrote,
Анна
anna_y

Category:

Про Марью Стюарт

Марья, конечно, типичный дайрик и дефкодуро. Мученица своего ревматизма в чепчеге. И даже стихи писала.

На смерть Франциска Второго (« Sur la mort de François II…»)

Перевод Алексея Головко.

В моей грустной, тихой песне,
В этом выдохе тоски,
Взгляд мой долгий и болезный
Из-под горестной руки…
Он, кто был моим бесценным,
Навсегда несчастный мой.
День, сияньем непоеный,
Представляется мне тьмой.
Ничего нет в целом свете,
Чем хотела б я владеть…
Нет покоя мне нигде,
Вновь и вновь свербит желанье
Горе унести к звезде.
Все дурное, все благое
Потеряли свойства в горе.
Для меня всегда теперь
То ли лес кругом, то ль поле,
То ль рассвет украсил дверь,
То ли сумрак пал на долы.
Мое сердце непрестанно
Об утрате вторит мне.
Иногда приходит будто
Образ суженого мне.
И его лица улыбку
Вижу в облаке порой.
Тьмы затапливает вал –
Вижу черный катафалк.
А когда лежу спокойно
И на ложе вдруг засну,
То его услышу голос,
Чувствую касанье рук.

Не подстрочник, конечно. Но даже если поделить это на десять, учтя рыданья переводчега, все равно дайрик дайриком. Марью, правда, французские учителя гоняли так, что дайрикодевам и не снилось, так что она хотя бы писала безупречно грамотно. Отчего знаменитые сонеты из ларца явно не ее сонеты - ашиппок зашкаливает.

Не могу сказать, чтобы мне не было ее жалко. Попала, бедняга, она не на дайрик, а совсем-совсем в другую обстановку. И, кажется, не имела даже мозгоф на то, чтобы не вестись на любое дошедшее влияние.

Но хоть и жалко, а вообще с ней давно и все ясно, и писать про нее особенно нечего. Если бы не попались мне, сугубо негуманитарной и оттого глубоко неначитанной, тока что 20 сонетов к этой особе (и ее статуе в Люксембургском саду) Бродского.

О. Ооо. Вот это нигде ни разу не дайрик.


Земной свой путь пройдя до середины,
я, заявившись в Люксембургский сад,
смотрю на затвердевшие седины

мыслителей, письменников; и взад-
вперед гуляют дамы, господины,
жандарм синеет в зелени, усат,
фонтан мурлычит, дети голосят,
и обратиться не к кому с "иди на".

И ты, Мари, не покладая рук,
стоишь в гирлянде каменных подруг -
французских королев во время оно -
безмолвно, с воробьем на голове.
Сад выглядит, как помесь Пантеона
со знаменитой "Завтрак на траве".




На склоне лет, в стране за океаном
(открытой, как я думаю, при Вас),
деля помятый свой иконостас
меж печкой и продавленным диваном,
я думаю, сведи удача нас,
понадобились вряд ли бы слова нам:
ты просто бы звала меня Иваном,
и я бы отвечал тебе "Alas".

Шотландия нам стлала бы матрас.
Я б гордым показал тебя славянам.
В порт Глазго, караван за караваном,
пошли бы лапти, пряники, атлас.
Мы встретили бы вместе смертный час.
Топор бы оказался деревянным.

Целиком можно прочесть, например, здесь - http://www.maria-stuart.ru/content/literature/iosif-brodskii-dvadtsat-sonetov-k-mary-stuart
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 8 comments