Анна (anna_y) wrote,
Анна
anna_y

Спящая 22.09.10.

На самом деле это был мемориальный спектакль - в память Юрия Соловьева, лучшего из лучших, непревзойденного Синего Птица. А Дезире его даже хорошо и в цвете отснят, ибо Соловьев танцевал Дезире в фильме "Спящая красавица" с Дудинской и Сизовой, тоже далеко не худшими из лучших.

Так что постановка, выданная 22-го, была не просто так, а приурочена и в общем соответствовала "Спящей" времени Соловьева. Тут есть тонкий момент: дело в том, что Константин Сергеев, обредактивший, кажется, всего Петипа, "Спящую" как раз во времена соловьевско-сизовские поставил. Можно сказать, что редактировал, а можно - что деформировал, а можно - что изуродовал, это вопрос не совсем однозначный. Сейчас в Мариинке случай крайне редкий - сосуществуют две редакции Спящей, одна сергеевская, одна - восстановленная Вихаревым постановка Петипа. Степень аутентичности вихаревской Спящей оригиналу - тоже вопрос не совсем однозначный, но это совсем другая история. Актуально на вечер 22 сентября было то, что сергеевская постановка со временем тоже эволюционировала. Сейчас не будем о фильме, там все-таки балет сильно порезан и даже переставлен местами, а Карабос вообще женщина, к тому же Дудинская. Фильм, он и есть фильм. Но классическая запись Спящей в редакции Сергеева с Колпаковой (1983 год вроде бы (UPDATE: меня тут поправляют и говорят, что 1976)) и тоже вполне классическая запись Спящей в редакции Сергеева с Лежниной (1989 год вроде бы) в трех важных точках отличаются. Насколько я понимаю, Сергеев, в то время еще живой и руководящий Кировским балетом, сам (ну, может, слегка побили чайником) дал добро на возвращение к тому, что было у Петипа.

А именно.
1. Начало первого акта (на самом деле второго, но пролог в нумерацию не входит. В "Спящей" много своих мелких секретов, с нумерацией актов в точности как с названием "Трех мушкетеров": написано три, а книга про четверых. Вот прямо так и в балете: формально пролог и три акта, а на самом деле четыре, кажется, самый длинный сейчас спектакль в Мариинке из балетных). Поскольку в результате событий пролога король запретил спицы, веретена и вообще острые предметы в королевстве, группа дуро в юбках подпольно вяжет при поднятии занавеса прямо у входа в королевский сад. Их, естественно, ловят и чуть не казнят, но потом, поскольку дуро же и к тому же день рождения дочки, король машет рукой и всех амнистирует.
Вот эту сцену Сергеев сначала вырезал, а потом восстановил. В постановке с Колпаковой ее нет. С Лежниной - есть. Позавчера не было.

2. Второй акт (на самом деле, как помним, третий). Лес. Принцу (явный есь, с женщинами при дворе безупречно вежлив, но при первой возможности всех отсылает и бродит по лесу, мечтая о большой чистой любви) является фея Сирени и предъявляет призрак спящей Авроры. У Петипа выход принцессы под весьма живенькую, хотя очень женственную музЫку. Аврора вообще в оригинале девушка далеко не сонная и не томная. Было так задумано Петипа или сказался характер первой исполнительницы-итальянки, сказать сложно. Но Сергеев на Аврору имел свой взгляд, а потому второй акт редактировал / деформировал / изуродовал (выбрать нужное) особенно сильно. Под бодрое антре выходит совсем не Аврора, а группа в розоватых пачках, типонимфы. (У Петипа были нереиды. Нереиды в лесу - это, конечно, интересно, но поскольку рядом длинный водоем, по которому потом Сирень везет принца в замок Авроры, почему бы и нет? И вообще, голубые пачки смотрятся гораздо аристократичнее розоватых.) Аврора выходит позже, и не выпрыгивает диагональку, как у Петипа, а этак, знаете, тихонько вышла и встала в сонную позу со склоненною головкою в центре сцены сильно сзади. Так в старосергеевской постановке. И так было позавчера. А вообще к 1989 году побитый чайником Сергеев петиповский выход Авроры вернул.

2а. Правда, он так и не вернул оригинальную вариацию Авроры во втором акте. Некоторые основания у Сергеева вообще-то были. Чайковский писал музыку к "Спящей", следуя едва ли не потактовой раскадровке Петипа. И Петипа, собственно, и заказал этакую меланхолично-нежную вариацию на две (а может, четыре, у меня нот рядом нет) четверти, чтобы Аврора после адажио еще соло блеснула. Но балетмейстер предполагает, а балерина, или уж кто там, располагает. Аврора у Петипа во втором акте танцует не оригинальный меланхол, а более чем бодрую, в темпе вальса на три такта, окрашенную медными духовыми вариацию феи Золота из третьего акта. А фея Золота ничего не танцует соло, она только с подружками в тройке.
Вот эту вариацию феи Золота Сергеев, решив восстановить справедливость и быть католичнее римского папы, перенес обратно в третий акт. (Правда, отдал не фее Золота, а фее Сирени. Бедное Золото так и осталось в троечке.)
А что до Авроры, то ей Сергеев вернул оригинальную музыку и поставил вариацию лично. И тут уже чайник был бессилен, так до Вихарева все Авроры и были ограблены на одну вариацию Петипа - во втором акте, танцуя взамен хореографию Сергеева. И 22 сентября тоже так было.

3. В адажио второго акта Сергеев тоже поработал знатно. Долго описывать, особенно без видеопримеров, но меня лично особенно выбивает из колеи высокая поддержка в середине. Там, где у Петипа чудесные движения балерины, этакие колебания воздушного призрака в руках принца, у Сергеева принц выжимает партнершу на вытянутых руках горизонтально и на боку. Балерина при этом должна изящно округлить верхнюю ножку и этак сделать ручками, дескать, лечу, лечу, - но оно все равно как-то совсем из другого века и не убеждает.
Вторая высокая поддержка - как финальная точка адажио. Можно хлопать. Потом между музыкой на аплодисментах Аврору ставят на землю, она убегает, прынц за нею, кордебалет начинает свое. Тоже, мягко говоря, рвет петиповское кружево.
Вот там, где Колпакова, обе поддержки есть. Там, где Лежнина, чайник сработал.
А позавчера было до чайника.

Вообще, конечно, после вихаревской, где Петипа побольше, эти заплатки смотрятся ну не как дерюга на парче, но как парча на шелке, что ли. Однако поскольку спектакль был тематический, думаю, вариант старосергеевский был избран совершенно осознанно. Соловьев танцевал в этой постановке. До чайника. Пусть так и будет. И я, пожалуй, согласна с выбранным вариантом. Соловьев - это уже история, Сергеев - это уже тоже частично история, первый вариант постановки, во всяком случае. Но если Соловьев - то старосергеевская Спящая, ибо такова историческая правда.

Собственно спектакль доставил массу удовольствия. Что декорации, что костюмы чистые, свежие, ухоженные, стразы сверкают как бриллианты. Темпы не развозили до степени сонного лебедя, тоже очень приятно, видимо, опять-таки равнялись на старосергеевский образец. Смазать коляску Карабос, правда, хотелось бы. А то она что на въезде, что на выезде забила все духовые в оркестре. Зацепляющийся за сцену занавес - ладно, не беда. Почему Шкляров гонял мышей без шпаги, я тоже не поняла. Но, может, я совсем слепая и шпагу не увидела. Зато не увидеть редкий, но регулярный дождик в центре сцены было невозможно. Раз в десять-пятнадцать минут с потолка срывалось что-то яркенькое-желтенькое-светящееся и не спеша кружилось, пока не долетало до пола. Но поскольку на полу у них теперь линолеум, а не деревяшки, искры, наверное, тоже не беда.

Кордебалет очень старался. Местами получалось неплохо. Колегова и Гончар, одна Сиренью, вторая двумя феями, лезли из кожи вон, но их это не спасло. Касенкова, тоже двумя феями, тоже старалась, но там уже и спасать, похоже, нечего. Тинейджер из фей пролога заценил Мартынюк-Канареечку, я не заценила - дергать руками так амплитудно работает уже не на образ канарейки, а скорее на пляску Св.Витта. Селина была отличная Виолант и зашибись какая Кошечка. Тимофеев большой и мощный Птиц. Во всяком случае, когда приземлялся, казался ну очень большим Птицем. До приземления, правда, честно летел.

Шкляров не попал стрелой в мишень, хотя специально подошел поближе. Возле сцены громко заржали, кажется, свои балетные. Он тоже посмеялся, но потом весь акт ходил второквадренно в тоске. Правда, на образ неплохо работало. Первую вариацию, сергеевскую, пролетел на одном дыхании, я восхитилась. Вторую, анафемски трудную, петиповскую, дожимал на зубах, но все честно, без халтуры. Думаю, обещанный Фадеев не был бы лучше.

Терешкина - восторг. Предполагаемый, но оттого не меньший. Собственно, Аврора - такая партия, в которой балерина как на ладони. Не спрячешься за эмоции, не схалтуришь, изображая трагедью, комедью или абвыражытельную секс-девачку. Что ты умеешь, то и будет видно. У Терешкиной партия алмазно точная и чистая. Образ тоже был на месте. Принцесса, красавица, личность. Мне понравилось, что сильная женщина Терешкина научилась прикручивать свою сильную натуру. Было так, как должно у прекрасно воспитанной особы из королевского дома: на изящной руке безупречная кружевная перчатка, а сталь не снаружи, но ее всегда можно ощутить.

Оркестр фальшивил умеренно. К сожалению, почти всегда во время выходов Терешкиной. Скрипка, потом пианист, и, наконец, духовые, которые я бы (вырезано цензурой), а деликатный тинейджер предложил сделать с ними то же, что делает Джим Керри с нерадивыми механиками в фильме "Маска". Их же инструментами.

Тинейджер прекрасен, аристократичен, есевист, льнянопиджачен, мамолюбив, интеллигентен и составил мне эльфийски приятную компанию. Хотя устал зверски, а утром в школу. За хорошее поведение получит новый сеанс пыток дневной сеанс "Дон Кихота" 10 октября с Сарафановым и Новиковой.

P.S. Заценить Терешкину и ее алмазное совершенство можно здесь -
http://video.yahoo.com/watch/8269135/22002811 и http://video.yahoo.com/watch/8269219/22003023. Она там репетирует. Правда, вариации не из Спящей, а из черного акта Лебединого и падеде Обера, но зато видно, как прямо на глазах достигается эта самая алмазность. И в чем она, собственно, состоит.
Tags: балет
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 19 comments