Анна (anna_y) wrote,
Анна
anna_y

Categories:

Заметки на мартиновских полях, разрозненное. Роберт, Серсея и Юнона.

Зачем Роберту девственница, да к тому же такая, которая хранила бы ему верность (а об этом из бессвязных плачей девочки Неду мы знаем точно)? Если посмотреть пристальнее на то, каковы мужские вкусы самцов типа Роберта, все еще более странно. Мужики, озабоченные прежде всего и всегда собственным плотским удовольствием, не испытывают большого блаженства от дефлорации. Им подавай такую партнершу, чтобы была опытна и хороша, потому что такая сумеет ублажить самцовую плоть куда лучше невинности и неопытности. Далее, сколь бы свински подобные граждане себя ни вели, они обычно не лишены определенных понятий о справедливости. Верности от них ждать не приходится, но и требовать верности они тоже не стремятся. Скорее для них характерна иная заморочка: их баба может в свободное время ходить на сторону, но должна быть всегда готовой к услугам по первому зову. А так они даже и поделиться партнершей не против. Как Генрих IV Наваррскофранцузский, который, как известно, однажды ввалился к своей Габриэли, когда та принимала любовника, едва успевшего нырнуть под кровать. Генрих сначала Габриэль отымел с особенным энтузиазмом (ибо ситуация дополнительно возбудила), а потом принялся поглощать конфеты, угостил любовницу и заодно сунул пригоршню сладкого под ложе. Надо, сказал он, делиться. И, полагаю, очень при этом веселился, причем от души.

Роберт, как мы знаем из текста, тоже не шибко лезет на стены от самого факта измены Серсеи. Хотя бы потому, что к любовнику жены, он же шурин, относится в общем дружелюбно. В гипотетической ситуации обнародования измены и последующей кары он, полагаю, даже слегка жалел бы о том, что вынужден казнить славного парня Джейме. В отношении суки-жены жалеть, конечно, он бы не стал. Ибо, во-первых, Серсея вечно считает себя много выше и умнее мужа. Таких, как Р.Баратеон, это ужасно злит. А во-вторых, Серсея мужу не дает. И это на самом деле для Р.Баратеона болезненный момент. Если уж он плачется Неду, что Серсея так яро охраняет свою щель, значит, постоянные обломы в этом смысле для него весьма не безразличны.

Если говорить об идеальном варианте личной жизни Р.Баратеона (идеальном с его точки зрения, разумеется), это будет выглядеть примерно так: жена и много баб, причем чтобы никакой ответственности ни перед кем, вольная воля в любой момент каждую отыметь (и чтобы каждая этого жаждала, была благодарна, рыдала от счастья и просила скорее вернуться), а также полная свобода проигнорировать любую. Заботиться о контрацепции бабам следует самим, Роберт своим удовольствием жертвовать нигде ни разу не привык. Если там какие-то дети на стороне, чтобы никогда не тревожили даже фактом существования. Со своей стороны, Роберт к женщинам щедр (пока о них помнит) и не против, чтобы они где-то с кем-то что-то имели, но только чтобы Роберт на первом месте, а все остальные начиная с места двадцать второго. Серсея, которая для мужа не более чем одна из баб, разве что самая вредная и назойливая, тоже могла бы развлекаться при соблюдении упомянутого кодекса: приличия соблюдать, ноги раздвигать по первому щелчку пальцами, и чтобы драгоценнейшее мужское самолюбие Роберта не было ущемлено нигде ни разу. Ни в постели, ни, упасите вестеросские боги, на людях. Как в классическом европейском адюльтере: жена выглядит послушной, наследника рожает от мужа, второго запасного тоже лучше от мужа, а дальше уже при соблюдении внешнего послушания можно и на сторону.

Будь женой Роберта, допустим, та же Кейтилин, вполне вероятно, что так бы и устроилось. Но у Серсеи, как мы знаем, на первом месте не долг и приличия, а собственное женское (постоянно оскорбляемое причем) самолюбие.

Что забавно, Серсея хочет от мужчин примерно того же, что Роберт желает от женщин. Мужики должны быть всегда готовы упасть к ее прекрасным ногам и в ее теплую постель, а потом покорно исполнить чего желает Серсея. Причем чтобы у нее никакой ответственности ни перед кем, вольная воля в любой момент и далее по списку, вплоть до полной свободы проигнорировать. И чтобы мужики демонстрировали преданность и подчинение не только в постели, но и на людях, а драгоценнейшая королевинская гордость не была ущемлена нигде ни разу.

В общем, тот же вид, только без яиц сбоку. Правда, Серсея в отличие от Роберта требует от партнеров, чтобы она, Серсея, была на местах с первого до тысячу сто пятнадцатого, а остальные (если они вообще еще могут быть) начиная с тысячу сто шестнадцатого. Но это, полагаю, издержки гендерного неравенства в Вестеросе. Гуляй Серсея так же широко и открыто, как Роберт, имей она возможность открыто бросать и унижать мужиков, как он баб, - и она была бы вполне снисходительна.

Короче, надо либо их обоих жалеть, либо никого. Ибо брак практически равновесный, как схватка хорошо подобранных боксеров. Ибо встретились два самолюбия.

Между прочим, можно попробовать поискать аналог связи Роберта с неискушенной девицей в личной жизни Серсеи. Как мы помним, неукротимая блондинка дважды соблазняет близких родственников-блондинов, находящихся в состоянии, ну, может, не физической девственности, но житейско-политической неопытности и наивности точно. Допустим, Джейме - это немного отдельная история, и некие чувства (пусть по принципу "себя как в зеркале я вижу и отражение люблю") там есть. Но уж Лансель точно неопытная прихоть опытной бабы. Кузена Серсея точно так же берет, развращает, использует и отбрасывает, как Роберт - мать Барры.

Оба случая, на мой взгляд, сходны и в том, что неопытные используемые нужны королевской чете не сами по себе, а для чего-то. С Ланселем все ясно, Серсея желает надувную куклу, похожую на Джейме. По отношению к Ланселю, который по-настоящему влюблен, если не любит, это отвратительно. Но, по крайней мере, Серсея вроде бы не обещает мальчику взаимной большой чистой вечной любви.

С Робертом все, как обычно, даже хуже, чем с его супружницей.
Tags: заметки к Мартину
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments