Анна (anna_y) wrote,
Анна
anna_y

Заметки на мартиновских полях. Джон Аррен как объект реконструкции (3)

10. Хостер как типичный Талли.

Что еще следует сказать о Хостере. Во-первых, дочерей он устраивает действительно очень, очень хорошо. Я бы даже осмелилась утверждать, что их положение в случае, если мятеж будет подавлен, куда более выгодно, чем положение самого Хостера. Его голова полетит вместе с головами трех женихов: бобыля и двух счастливых молодоженов. Дочерей даже Эйерис вряд ли тронет. Бабы, они и есть бабы, что с них взять. Причем при молодых женах вскоре могут возникнуть понятно откуда младенцы-наследники (в случае с Кейтилин так и происходит, в случае Лизы могло бы произойти). Поэтому, даже сделавшись вдовой, Кейтилин имеет неплохие шансы остаться во главе Великого Дома. (Равно как и Лиза.)

Во-вторых диаметрально противоположно во-первых. Обеспечив, так сказать, внешнее благополучие дочерей на все случаи жизни, включая прямое попадание метеорита, Хостер закладывает неслабую мину под благополучие внутреннее - то есть возможность счастья дочек с мужьями. В случае с Лизой мина с двойным зарядом.

Чтобы понять, в чем мина, заряд и фишка, начнем издалека. У Хостера отчетливо прослеживается та же логика отношения к окружающим, что и у Кейтилин: есть свои, есть остальные. Нет, естественно, свои есть у каждого, но круг своих для Талли как-то уж очень свойский. Для Неда в своих и Джон, и Теон, и весь Винтерфелл, и вообще там любви без конца и без краю. Для Кейтилин свои - прежде всего детки. Точка. За них она готова на многое, и не всегда разумно. Горло, пожалуй, не перегрызет (капельки в кофеек и швыряния с верхотуры - это все-таки к Лизе), но в столицу искать выгодного брака для деточки отправит железной рукой.

Если смотреть с этой точки зрения на Хостера, то для него дочки - четко свои. А вот их мужья уже в комплект не входят. (Воспитанник, между прочим, тоже не входит.) И вмешивается в судьбу не-своих Хостер с характерной для Талли безжалостной бесцеремонностью.

Ирония Мартина и судьбы здесь в том, что свои в финале получают от Талли немногим слабее, чем чужие. В качестве примера возьмите хотя бы Сансу. Поглядите прицельно, что с ней сделало воспитание заботливой, внимательной мамы. А потом сравните с откровенно чужим и ужасно, ужасно неприятным для Кейтилин Джоном. Он влияние мачехи вполне пережил, я бы даже сказала - творчески переработал, и давно занимается другими, куда более важными и взрослыми вопросами. А Санса все платит и платит за дрессуру своей персональной макаренки, бедолажка.



11. Брак старшей дочери Хостера Талли.

Оба молодых жениха идут к венцу не по своей воле, а потому, что куплены (и отлично это знают). Политика политикой, но не чувствовать себя, мнэ, не совсем комфортно они просто не могут. А если говорить о Неде, сразу маячит поблизости призрак Эшары.

Причем, не забудем, возможно, призрак беременный.

Если Нед был влюблен (а он, судя по прозрачным намекам в тексте, был) и надеялся на счастливый брак (а он, похоже, надеялся - постель для таких ответственных автоматически подразумевает женитьбу и счастливый путь вместе по жизни), уже больно. Вместо любимой Нед женится на незнакомке, да еще и невесте погибшего брата. Неда и через пятнадцать лет в счастливой семейной жизни преследуют комплексы вроде "я занимаю место Брандона, причем бездарно, а вот он бы, в отличие от меня, ни на что не годного, не сплоховал". Утверждение весьма сомнительное, у Брандона были свои (немалые) недостатки, но сейчас речь не об этом. Если Нед комплексует через столько лет, с каким ужасом он ждал реакции Кейтилин на замену идеального брата собою глубоко несовершенным?

Если Нед что-то Эшаре обещал, ситуация из тяжелой превращается в ужасную - вспомним, как ответственно относится Нед к своим обещаниям. Если Эшара беременна, ужас оборачивается кромешным кошмаром - с учетом того, как относится Нед к детям. А уж если это его дети... Хочется верить, что ужас до кошмара не дошел, и беременная Эшара в гневе-отчаяньи не дала деру за море, прикинувшись мертвой, чтобы побольнее уязвить бывшую любовь не убила себя вместе с ребенком назло начальнику вокзала. Потому что тогда странно, как Нед не вернулся с войны полупомешанный и седой от горя. Но уверенности нет, ибо лорд Мартин, он человек добрый, сами понимаете.

Однако, сколько бы ни мучил любимого героя автор, Эддард Старк - такой монолит, что и Мартин фиг свернет. Сколько бы Неда ни рвали на части ответственность и заветные желания души (причем весьма скромные на фоне амбиций других персонажей - дом, дети, любовь... удивительно простые и чистые желания...), он всегда выберет, как должно. И ни разу себе не солжет: да, ценой себя и своего супружества он покупает мечи Талли. На сем точка. Абзац. Другой долг. Кейтилин не виновата, что Неда вынудили на ней жениться. Но даже если бы и была, долг Неда быть ей хорошим мужем, работать вместе над устроением дома, воспитанием прекрасных детей, созданием дружбы, крепкой семьи и - где-то по дороге - взаимной любви.

Эшара или не Эшара, а выполнит Эддард Старк все по пунктам.

Разумеется, это сильно облегчает Кейтилин жизнь. Не один Нед чувствует себя униженным обстоятельствами брака. Кейтилин, сколь бы она ни была умна и как бы твердо ни намеревалась следовать долгу, чувствует себя униженной тем, что мужа ей купили практически шантажом. Вот она, первая мина, заложенная нежным папочкой в браки дочек. Политика политикой, но люди и чувства имеют.

Тем более что в прошлом Кейтилин был влюбленный и романтический Петир Бейлиш. У него и формы выражения любви самые романтические и даже песенные - то есть такие, которые нравятся девушкам. Я бы пошла дальше и предположила, что именно такие формы любви у Петира наличествовали именно потому, что именно их предпочитала любимая. Что может быть романтичнее, чем воплотить в жизнь песни и мечты своей единственной?

Тогда первые месяцы (скорее годы) брака выдались для Кейтилин непростыми. Романтическая любовь из ее жизни напрочь исчезла, причем, заметим в скобках, при активном участии самой леди Старк, безжалостно выдавившей из себя по капле девичьи сложные настроения. Зато остался брак. Но где же взять такие песни, чтобы не о любви и о судьбе, а о браке, семье, психологической притирке друг к другу и детях со всеми их детскими заморочками?

Но долг для Кейтилин выше песен. Последовательно и с потрясающей целенаправленностью она готовится к тому, чтобы отдать свои ленты, девственность и тонкие чувства не просто незнакомцу, но двум незнакомцам по очереди. Причем очень разным людям, пусть даже оба и Старки. К тому же, как помним, лошадь заменили практически на переправе, она же свадьба. Перестраиваться Кейтилин пришлось в очень резвом темпе. Пожалуй, у девушки есть основания гордиться своим умением следовать намеченному курсу.

Особенно требуется леди Старк умение следовать долгу, когда с югов возвращается Нед с дитем под мышкой. Ради этого, значит, Кейтилин поставила крест на Романтике и Песнях, отправилась жить только что не в чуме среди диких обезьян северян, с первой попытки родила сына-наследника, занималась исключительно им и хозяйством, думала только разрешенные себе мысли, каждую ночь ставила свечку на окно, чтобы супругу было легче разыскать дорожку в Винтерфелл, - а он, оказывается, вот чем занимался на своих фронтах. Если это просто в свободное время, и то обидно. Но если это была Песенная Романтика и незатухающая любовь к Эшаре, выходит так гадко, что хоть садись в богороще у пруда и вой волком. По Петиру, Песенной Романтике и просто от тоски.

Но вместо того, чтобы впасть в грандиозную депрессию и упиваться своими страданиями, как наверняка сделала бы Лиза, Кейтилин твердо стоит на земле и намерена там оставаться. Чему очень помогает Нед. Да, было. Точка, абзац. Теперь есть другое. Человек он хороший, муж безупречно верный и умеющий беречь жену, отец изумительный. Да и в постели у лорда и леди Старк полный порядок. Все это очень недурно снимает комплексы и обиды. Конечно, не за один день, но - снимает.

Нед - скала, на которой была построена моя жизнь, думает позже Кейтилин. О да. И Нед - это скала, на которой строить жизнь хорошо.

Былая любовь и возможный продукт оной, правда, регулярно работают занозой в боку Кейтилин. Собственно, при каждом взгляде на Джона. Но тут уж она сама во многом виновата, начиная с отношения к Джону. Кто ей мешал продвинуться духовно и прийти к не очень сложному выводу, что не следует делить мир на СВОИХ и прочих? И не приведи боги этим прочим близко подойти к тем земным благам, что предназначены только для СВОИХ. Кейтилин готова на все ради детей - так ведь и Джон тоже, если уж так-то. Ходила бы дама в богорощу почаще, что ли. Чем настраивать Сансу против сводного брата, открыла бы широко зажмуренные глаза и посмотрела ими, а не папиными предубеждениями, какой хороший мальчик Джон и как он нежно любит сводных братьев-сестер. Ну не может быть единственным случай, когда он ради них отказывается от своего щенка-лютоволка. Такие вещи формируются и проявляются в течение многих лет.

А что до Неда, то он, конечно, как истинный Козерог многие мужчины, считает, что говорить жене "я тебя люблю" - занятие странное, неуместное, почти неприличное. Да и зачем? И так все в порядке в жизни, семье, хозяйстве, постели и прочих важных, в отличие от слов, вещах. И потом, Нед железно честный человек, если любви в первое время не было, так он и не говорил. А когда она появилась, вроде как сама собой разумеется, и все, кому надо, про нее знают. Ну и см. начало абзаца. (Тут я бы еще вспомнила знаменитую астрологическую байку о Козероге, которого жена в день золотой свадьбы попрекнула, что он за столько лет ни разу не говорил ей о своей любви. Ты неправа, дорогая, ответил он, я тебе это говорил в тот день, когда мы поженились.)

Впрочем, у каждого свои недостатки. И если содержание претензий Кейтилин не только в том, что Нед ставит своего бастарда на один уровень с законными детьми (а я все-таки думаю, что не только, Кейтилин все же не Хостер и не Лиза), если жену действительно много лет волнует заноза в боку насчет бывшей-где-то-когда-то-и-возможно-немеркнущей-любви-к-Эшаре-или-не-Эшаре, опять же в чем вопрос? Пару-тройку лет обдумываешь вопрос и копишь энергию, а также формулировки, потом сажаешь объект претензий (прошу заметить, правильный объект, то бишь Неда, а не Джона) напротив, открываешь рот и предъявляешь претензии. Очень полезное это занятие в семейной жизни - иногда, но крайне четко обозначить свою точку зрения по какому-нибудь вопросу. Нед, он ведь, как большинство мужчин, не понимает, что претензии есть, пока они не предъявлены. Раз тишина - значит, порядок.

Не вопрос, можно и тихо. Крушить пол-Винтерфелла и прижимать к земле чардрева богорощи не обязательно. Но за пятнадцать лет брака разок основательно, хотя и без лишних децибел, поговорить по душам следовало бы.



12. Брак младшей дочери Хостера Талли.

Если сравнить стартовые позиции сестер у алтаря, Лиза явно в более выгодном положении, за исключением разве пресловутого запаха изо рта жениха (и еще одного момента, он же второй заряд мины, о котором чуть позже). Начнем с преимущества территориального, далеко не главного, но приятно ведь, когда климат помягче, к дому поближе. Из Долины Аррен путь до Риверрана короче, чем из Винтерфелла, и погода много приятнее. Горы высокие, зато прикрывают от холодных ветров. К сибирским морозам и странным аборигенам с их неокультуренными богорощами Лизе привыкать не приходится. А уж когда Аррен переезжает работать на постоянную должность в Гавань, все делается и вовсе южно, тепло, фруктово и столично.

И работа у мужа Лизы отменная - почитай, Хостерова младшенькая выходит во вторые леди Вестероса. Это вам не баран чихнул.

И побочных детей у Аррена не имеется, в отличие от Неда.

И сам Аррен, судя по анамнезу, человек неконфликтный, терпеливый, даже, пожалуй, мягкий, способный любить и беречь, - и еще он, судя по счастливым годам с мальчишками, не стесняется это демонстрировать.

Свои преимущества Лиза сливает в унитаз превращает в полную противоположность столь торжественно и методично, что неизбежен вопрос: способна ли дама вообще быть чем-нибудь довольной при выбранном образе действий. Зачем ей близость к дому, если она сгрузила всю ответственность за памятное чаепитие на папу и подчеркнуто порвала отношения? Далее, в Гнезде, конечно, можно спрятаться в высоком терему и вволю порыдать над неудавшейся судьбинушкой. Но рыдать рано или поздно становится скучно, а развлечь себя Лиза толком не умеет. Кто же ей до момента вдовства разрешит динамить женихов и казнить посредством Лунного Окна? А иных развлечений (кроме несчастного Робина, о котором чуть позже) Лиза, судя по тексту, придумать себе не в состоянии.

Впрочем, в Гавани бедной женщине стопудово еще хуже, чем в Гнезде. Жена политика - это не только привилегия, это работа. Мысленно представим себе мадам Аррен в роли супруги второго лица империи. Зрелище - как отражение ослика Иа в пруду: жалкое / душераздирающее. Рано или поздно (скорее, конечно, рано, а я так лично думаю, что немедленно) Лиза начнет истерически вопить и слезно депрессовать , ибо совершенно не соответствует занимаемой должности. И даже такая, ээ, не склонная к анализу натура, как младшая дочка Хостера, не может не понимать своего несоответствия столице. Не верю, что она станет работать над собою и своим имиджем. Вот в то, что прибегнет к привычному способу - закатывать истерики и жалеть себя, - о, в это верится без напряга.

Поставим вопрос максимально общо: а есть ли в Вестеросе место, где Лиза нашла бы покой, гармонию, реализовалась как личность? Без коренного пересмотра дамой жизненных установок и, простите за грубость, самовоспитания - вряд ли. Ей что ни дай, всегда будет не то. Родной дом плох, потому что напоминает об одной большой глупости и подлости, которую уже ничем не исправишь в нем к Лизе отнеслись с ужасающей черствостью. А остальные местности плохи ну хотя бы потому, что не родной дом.

Вечное недовольство всем и всеми и ужасная жалость к себе по этому поводу - вот что отравит Лизе любое место, где она будет находиться. Ибо главные проблемы мадам Аррен не в ее окружении, а в ее голове. А смена климата - что ж, человек существо, способное адаптироваться. Вон Кейтилин, тоже Талли, привыкла же к Винтерфеллу. И ничего, счастлива.

В подобном ключе, на мой взгляд, следует рассматривать и остальные брачные несчастности Лизы. Очень нужно бедной маленькой застенчивой депрессанточке, чтобы ее муж был вторым (на самом деле, конечно, почти первым) лицом в государстве? Да нисколько. Я бы даже сказала, что характер деятельности мужа в Гавани должен раздражать мадам не меньше, чем сама Гавань. Толку-то, что муж десница, зачем он так много работает, а не бегает вокруг жены, разбираясь с ее настроениями? Правда, если бы он бегал, раздражал бы тем, что бегает, не давая от себя передохнуть. То же самое, думается мне, насчет интима. Лезет целоваться - фу, плохо пахнет. А не лезет - бедная, обиженная, забытая, брошенная бесчувственным мужем ради работы Лиза.

От супружеского интима органично перейдем к сложному вопросу детей. Как ни парадоксально, наличие побочного ребенка могло бы сильно облегчить Аррену жизнь. А так он, его возраст и его семя вечно виноваты в том, что у Лизы не получается удачно родить. Интересно, сколько времени Лиза его этим скоблила, пока он не напомнил ей, что она и сама не без греха.

Отсутствие детей - это, конечно, тяжело. Зациклившихся, как Лиза, на вопросе и вовсе может довести до сдвигов в психике. Что так вышло - жаль, и дурочку жалко тоже. Но если посмотреть на то, как безумная мамаша, наконец заполучившая дите, его воспитывает, делается как-то неуютно, и жалко больше мальчика, чем мамашу. А еще возникает смутное подозрение, что дети Лизе нужны прежде всего для себя. Самоотверженная мама слабенькому ребенку вроде Робина очень нужна, но где тут самоотверженность? То, что делает мадам с Робином, есть безобразие, страшно вредное прежде всего для мальчика. Сколь бы слаб, болен, увечен и сир мозгом ни был человек, он не станет счастливым, если закутывать его в вату, предотвращать малейшее дуновение, усугублять его слабость и превращать в перманентного младенца. Вот ты попробуй научить его быть человеком, как-то развиваться, как-то приспособиться к жизни. Что-то уметь. Быть полезным. Гордиться тем, чего достиг. Вообще не консервировать в формалине, а растить . Да, это, бесспорно, требует отказа от собственного спокойствия, больших трудов и вообще куда напряжнее, чем идти по пути Лизы. Но самоотверженность и заключается в том, чтобы отвергнуть себя и жить для того, кого любишь. Твои интересы, извините, должны решительно отойти на второй план.

За Лизой ничего подобного не замечено. То, что она делает, это для ее, а не Робинова, спокойствия. Это ей, а не Робину, должно быть хорошо. А что ребенок превращается в урода - дело десятое, все списывается на хрупкость ребеночка. Главное, чтобы самой было максимально комфортно.

Воля ваша, в подобном отношении к ребенку есть что-то от отношения к предмету. Печально, но любви здесь немного, а вот эгоизм Ниагарой. Бедный, бедный Робин.

Вообще кому в третьем браке лорда Аррена так отчаянно нужен ребенок? Кейтилин считает, что Джону Аррену. Но Кейтилин со своей колокольни много чего считает. Например, что Аррена купили обещанием нарожать ему наследников (весьма сомнительный пункт). Далее преданная по гроб жизни СВОИМ Кейтилин не без патетики сокрушается, что бедной сестренке не хватало в браке тепла. Между прочим, это критерий того, насколько можно доверять суждениям (не наблюдениям, там все довольно точно) Кейтилин. Нельзя создать тепло вокруг человека, который никогда сам не создает тепла ни вокруг себя, ни вокруг кого-либо еще. Черную дыру не обогреешь. Чего третьей леди Аррен сильно не хватало, так это ремня, на мой глубоко нетонконервенный взгляд. Но об этом чуть позже.

Вспомним, что, пожелай Джон Аррен наследников собственной крови, он бы давным-давно что-то предпринял по этому поводу. И зачем ему на старости лет вдруг так резко понадобился ребенок? Чтобы было кому передать Гнездо? Арренов в Долине немало, преемник найдется. Да и так ли важны для лорда Джона Гнездо и проблемы тамошнего наследования? Особенно если вспомнить, что он столько лет бессменно правит совсем не Гнездом, но всем Вестеросом, на троне которого к тому же сидит его старшенький.

Конечно, все там будем, и лорд Джон, глубокий старик по меркам Вестероса, должен отлично понимать, что он смертен. И даже что внезапно смертен. Но его, как политика и реалиста (а также практически отца правящего короля), должно куда больше тревожить, что станет после его смерти со страной в общем и с дурачком на троне старшеньким в частности. Ибо Роберт к правлению, скажем так, особых способностей не выказывает. А еще больший и совсем уж нехороший вопрос - кто наследует самому Роберту... но о нем было много сказано, не стану повторяться.

До Гнезда ли тут.

Но допустим, что Аррену хочется наследника так сильно, что он женится на дурочке после аборта и потом много лет заваливает ее в постель, беспрестанно обсеменяя и заставляя мучиться то от выкидышей, то от неудачных родов. Почему, когда мало-мальски жизнеспособный наследник наконец рождается, десница не отнимает дитенка у психически нездоровой матери и не занимается лично долгожданным, единственным и подаренным свыше сыном? Не потому ли, что лорду Джону, человеку немолодому, усталому и занятому, домашний покой и комфорт всю дорогу куда важнее, чем наследник собственной крови? Если Лиза хочет рожать - хорошо, попробуем зачать ребенка. Если Лиза хочет заниматься ребенком - пусть занимается, только бы было дома более-менее спокойно.

Это не Аррен, это Лиза истерически требует от судьбы детей! детей! почему, почему не выходят дети?? Детей ей, невинной! Ради этого она согласна перманентно быть изнасилованной стариком со всеми его старческими противностями и очень себя за это жалеть. А вообще кто кого насилует, большой вопрос. Стойкость лорда Аррена, человека немолодого, вызывает умиление: весь день тащит на себе Вестерос, Совет и лично Роберта, а потом дома, вместо того чтобы расслабиться и решать спокойно кроссворды в кресле у камина, героически занимается сексом с рыдающей от нетерпения женой.

Не лорд Джон, но именно Лиза снова и снова пытается зачать, родить и получить свой пирог от судьбы. В непрерывной череде беременностей угадывается ее, а не его истерический темперамент. Скорее всего, мадам еще и сцены закатывает милорду, требуя у него ребенка, как раньше требовала у отца (и после очередной неудачи обвинения в адрес виновного, его возраста и его семени сыплются градом - пополам со слезами горохом). Еще раз попробуем от обратного: могла бы Лиза не беременеть и не рожать, если бы ребенка не хотела? Да сколько угодно. Как бы ни была непроходимо тупа Лиза, состав известного напитка она помнит назубок - хоть во сне, хоть в пьяной истерике. Что, тяжело составить и глотнуть? Но нет - Лиза раз за разом укладывает на себя мужа со зловонным дыханием, чувствуя себя при этом донельзя благородной страдалицей.

Что там сотни раз изнасилованная Рейегаром Лианна. Вот где настоящее надругательство над телом и личностью, причем если прикинуть временной промежуток, счет изнасилованиям идет как раз на сотни. Бедный, бедный Аррен.

Жить с такими людьми, как Лиза, - это, конечно, оййййййй. Человеческое, а особенно мужское, терпение далеко не безгранично. Если угодить все равно невозможно, стоит ли стараться? Аррен может довольно долго быть терпеливым как ангел, тем более что ему, похоже, действительно жаль незадачливую жену. Не исключено, что он относится к ней не только как к жене, а еще и в некотором смысле как дочери. Или скорее внучке. В общем, похоже на то, как он относился к воспитанникам: с позиций отца, а скорее деда.

Но мальчишки отвечали ему на любовь любовью - и давали счастье. Лиза не умеет любить никого, кроме себя. В браке с Арреном за ней не замечено ни единого движения пожертвовать собою ради кого-то из семьи (то, что регулярно делает в Винтерфелле Кейтилин). И никого, включая себя любимую, она не в состоянии сделать счастливым. Тепла, значит, Лизе не хватало. А тем, кто живет с Лизой, хоть чего-нибудь положительного хватает, если рассматривать Лизу объективно, а не как СВОЮ?

Даже дедушки не могут до бесконечности терпеть таких деточек. И Аррен при всей своей неконфликтности до бесконечности терпеть не будет.

Но прежде чем разобрать способы, которыми лорд Аррен облегчает свою жизнь нелегкую поруганную, посмотрим на проблему с другой стороны (ибо, как известно из канона, все зависит от того, откуда смотреть). Бедная Лиза, конечно, дама неприятная в очень многих, если не во всех, отношениях. Но не бывает у Мартина (как в жизни) абсолютно плохих людей, которые к тому же абсолютно во всем виноваты сами. Может быть, не только Лиза ответственна за то, что ее с Джоном Арреном брак дошел в точном смысле слова до смертоубийства?



13. "Здоровым можешь ты не быть, но человеком быть обязан!" (из воображаемой памятки лорда Мартина для своих героев).

Безусловно, Лиза - дама крайне неприятная почти во всех мыслимых отношениях. Но у нее имеется мощное смягчающее обстоятельство.

Дело в том, что она больна.

Мартин чрезвычайно смело вводит в сагу психически нездоровых людей: совсем не как фон, пример, периферический эффект или клинический случай. Психически больные у него активно действуют и двигают сюжет. Что они при этом заготавливают главным образом какие-то особенно извращенные и даже с оттенком нечеловеческого дровишки, вполне понятно - больные-то совершенно определенного рода.

Есть, впрочем, у Мартина и больные не на голову. А также калеки, убогие разного рода и прочие не самые гармоничные цветы жизни. Ко всем этим персонажам Мартин относится точно так же, как к персонажам здоровым, то есть без малейших слюней. Вот здесь еще как-то, а вот тут совсем непростительно и более того - чревато. А вот по совокупности и то, чем чревато: получите и распишитесь полной чашей за дела ваши (причем для полного плезиру - вашими же делами). Я уж который год отслеживаю процесс с восхищенным ужасом, вспоминая фразу, брошенную кем-то из английских литературных людей: Джейн Остен создает персонажа только для того, чтобы тут же откусить ему голову. Определенно литературные люди не читали Мартина. Он заставляет героев откусывать себе головы самостоятельно и зачастую в несколько приемов.

Но вообще-то мне весьма по душе, когда никакой фальшивой политкорректности и шумных требований равенства людям с ограниченными возможностями. Не потому, что люди с ограниченными возможностями не заслуживают равных прав - наоборот. Но, как бы это сказать, люди вообще по определению не являются равными, так что проблема куда глубже, чем устроить ненапряжную жизнь калеке, дураку и убогому. Напрягаться в меру данных Свыше сил - это как раз очень полезно. А иначе как калеке, дураку и убогому, равно как всем остальным, попробовать быть людьми?

Важно дать всем стать людьми. Важно помочь всем стать людьми. Тот, кто препятствует этому, и есть настоящий урод, калека, больной на голову и очень, очень убогий человек. Будь это явно маловменяемая Лиза, уродующая Робина, или вроде нормальная внешне Серсея, калечащая Джоффри, или Тайвин, пытающийся калечить Тириона.

Кстати про Тириона. Карлик. Уродец. Человек с ограниченными возможностями. И знает это. И нахлебался за это от всех окружающих по самое не могу. Один только Джейме совершенно правильно относится к Тириону: как к человеку, брату и мужчине. А остальное - кто же спорит-то. Если не замечать, что Тирион - карлик, он карликом быть не перестанет (как он и сам многократно говорит). Но Джейме это почему-то не мешает тихо и ненавязчиво помогать человеку, брату и мужчине учиться справляться со своей проблемой. Что Джейме при подведении итогов, несомненно, зачтется.

Плюс огромный молодец сам Тирион, который работает над собой безжалостно и непрерывно, - и посмотрите, какой замечательный человек, брат и мужчина из Тириона вышел. Настоящий гигант в саге - это именно Тирион, а не какой-нибудь Григор Клиган.

Правда, у большинства убогих (для краткости позволю себе обобщить данным словом богатейший спектр недостаточно полноценных в чем-либо героев Мартина) в саге дела обстоят куда хуже. Возьмем того же Гору, прекраснейший и очень реалистичный портрет олигофрена, который Мартин рисует без сентиментов, скидок, тонких нервов, пустой брезгливости и малейшего потакания. От Сандора мы знаем, что мальчик был ненормальным с детства. Есть в Григоре что-то хорошее? Может, и есть. Человеческое точно есть, ибо у всех героев Мартина присутствует по определению. Совершенно другой вопрос - что мальчика упустили родители. То ли сами не блистали интеллектом, то ли было перед соседями страшно неудобно признать, что наследник дебил. Есть такие люди, которые идут на любые жертвы, но до последнего скрывают сумасшедшего в семье, даже если он опасен (опасен хоть для окружающих, хоть для семьи). И не лечить, как можно, психушка - это СТЫДНО!!!! Лучше ли от этого родителям Григора? Мартин ясно намекнул, чем для них закончилось. Про Сандора вообще молчу. Лучше ли от того, кем стал Григор, ему самому? Ой, сильно сомневаюсь. Ему же надо изображать умного руководителя. Никогда не видели, как реагируют дебилы, когда осознают, что недостаточно умны для ситуации, и через стадию отчаяния впадают в гнев? Очень рекомендую посмотреть с этой стороны на, казалось бы, необъяснимо зверские деяния Григора, ставшего Горой.

Или откровенный садист Рамси Болтон - тоже психически больной. В этом случае, между прочим, прослеживается определенная наследственность, ибо папа Болтон имеет явные проблемы на ту же тему. Но Русе, в отличие от собственного бастарда, умеет держать себя в руках. То ли он умнее и лучше осознает, где следует свои элементы безумия прикрутить. То ли его вовремя научили. Но со своими тараканами Русе по большей части справляется. Одни пиявки чего стоят.

Лиза Талли-Аррен - из категории больных, и это надо четко понимать. Депрессия - тоже болезнь, даже если случай однократный. А уж когда кто-то, как Лиза, из депрессий не вылезает годами, да еще в анамнезе прослеживается парочка маньячных периодов, это уже диагноз.

Бесспорно, Лиза (впрочем, как Рамси и Григор) не прилагает особых усилий, чтобы нормализоваться, социализироваться и вообще попробовать быть человеком. В отличие от Тириона, упорно гребущего против течения едва ли не в одиночку, они не сильно стараются. Но все же следует признать: окружение внесло свою долю участия (а точнее, неучастия) в то, что Лиза (опять же как Рамси и Григор) дошла до жизни такой.

Небольшая радость иметь дочь глупую и депрессивную, к тому же с началом полового созревания впавшую в, эээ, недостаточно сбалансированное сексуальное возбуждение. Но дочь же, не кошка приблудная. Если любишь ребенка, хотя бы попытайся научить его справляться с проблемами. Хостер подходит к вопросу от обратного: если у моего ребенка есть проблемы, надо найти людей, которые устроили бы бедной проблемной деточке жизнь приятную, сладкую и уютную. В случае Лизы - удобный брак, где бы муж терпел, жалел, щадил, обглаживал, тратил на капризы большие деньги и прочая и прочая. А саму деточку ни-ни напрягать, она и так страдалица невинная.

Что-то очень похожее, помнится, у Серсеи по отношению к Джоффри. Хотя там (видимо, потому, что мальчик, а не девочка) еще многое от позиции родителей Григора: Ничего Такого Плохого Наш Мальчик-Гордость-Наследник Совершить Не Может По Определению!!

Печально. Особенно для тех, кто позже попал под горячую руку что обиженному сложностями жизни дебилу Григору, что дитяте инцеста Джоффри. Лиза по сравнению с этими двумя еще невинный ягненок. Впрочем, на бытовом уровне ужиться с нею, может быть, даже и сложнее, чем с упомянутой парочкой.

Так, но если в Вестеросе из психотропных препаратов, похоже, только маковое молочко, что делать с депрессанткой? А всякие разумные вещи, которые делались еще, как говаривал тов.Бендер, до эпохи исторического материализма. Присматривать. Учить не пугаться своих состояний. Учиться эти состояния как-то разумно преодолевать. Маньячная стадия с приливом энергии - затеять большую работу, причем обязательно с физической нагрузкой. Если есть склонность к какой-нибудь художественной деятельности, очень недурно было бы научить в это вкладываться. Начнутся месячные и появится интерес к сексу - присматривать втройне и опять же учить спокойно и разумно относиться к вспышкам неразумия. В идеале можно даже позволить их разряжать (но это в культуре Вестероса сложно, не Летние острова - а жаль). И очень, очень важный момент - постоянная физическая нагрузка на свежем воздухе. Mens sana in corpore sano, что в данном случае можно перевести как "когда тело как следует утомится, мозгу станет некогда отвлекаться на тонкие чуйствия".

Но даже если лорд Талли таких вещей не понимает, а жена немногим от него отличается (возможно, сама страдает депрессиями?), а мейстер в Риверране то ли тормоз, то ли профессионально некомпетентен, - все равно Хостер совершает в отношении Лизы огромную ошибку. Прикинем с позиций здравого смысла: нужен ли депрессивной застенчивой девочке без особого ума брак с высоким лордом? Или она будет счастливее с другом детства, где ничего экстраординарного от нее жизнь не потребует? Может быть, следовало все-таки выключить спесь и включить мозги поставить внутреннее перед внешним, а счастье дочери перед жаждой словить высокую честь для дома Талли?

Лиза не самый умный персонаж саги, кто бы спорил. Но ведь инстинктивно находит же она для себя едва ли не лучший вариант будущего. Разумеется, Петир не вечная ее любовь на всю жизнь, как бы она ни шумела по этому поводу. Интерес Лизы к Бейлишу в девичестве проистекает из сексуальных желаний, подогреваемых болезнью, ну, конечно, и тем фактом, что Петир без ума от старшей сестры. Интерес мадам Аррен к Мизинцу в зрелом возрасте проистекает из того, что, во-первых, это приятно - быть объектом безнадежной платонической любви хоть кого-нибудь (и немного отвлекает от неаппетитных женских дел); а во-вторых, это так возвышенно - всю жизнь любить, из-за этого ужасно, ужасно страдать и верить в то, что когда-нибудь, когда-нибудь. Не только Кейтилин, знаете ли, любит, когда Песенно и Романтишно.

Однако хотя грандиозной любви нет, интерес однозначно имеется. И брак мог бы выйти довольно благополучный (сейчас про Лизу, о Мизинце еще поговорим). Ребенок уже в животе, родится - может быть, успокоит мать. А если нет , ей хоть будет чем заняться. Не возникнет безнадежного порочного круга, когда чем больше она жаждет дите, тем выше (из-за нервенных накруток) риск не выносить, а при невынашивании тем больше жажда следующего раза, и т.д.

Богатство и положение, равно как происхождение мужа, - что они, по большому счету, значат для Лизы? Имея папу из Великой Семерки, в бараке она жить по-всякому не будет. В остальном мы видели, что значит для Лизы богатство, положение и чистейшая кровь мужа, Мартин все показал крайне наглядно. Таким, как Лиза, куда комфортнее быть не женой премьер-министра под объективами журналистов, а мамочкой в небольшой сельской усадьбе. Не бедной усадьбе, конечно, но и не слишком большой - чтобы управлением не очень напрягаться.

Увы, Хостер ведет себя с дочерью точно так же, как позже она поведет себя с Робином: делает то, что нужно для спокойствия ему, а не то, что нужно для счастья ей. Дочка держит Робина в формалине, чтобы не напрягаться, хотя ему бы куда полезнее было хоть как-то расти и развиваться. А папа устраивает для младшенькой бедняжки брак, нужный лорду Хостеру, а вовсе не Лизе Талли.

Чтобы девица поменьше возникала, ее кормят обещаниями: дескать, все будет распрекрасно и шоколадно. Так что Лиза в своих претензиях к папе тоже, в общем, не полностью неправа.

Напоследок о том, что получил лорд Хостер от взлелеянного им дубль-брака. Да, породнился с двумя главами Великих Домов, и что? Дочь любимая старшая разумная отбыла куда-то на север Канады и бывает в гостях нечасто, только что письма пишет. А дочь любимая младшая неразумная и вовсе потеряна с концами. Так что остается Хостеру сцепить зубы и бесконечными одинокими вечерами повторять себе, что он зато тесть лорда Старка и лорда Аррена, а дочки его первые леди в Винтерфелле и Гнезде. Большое утешение. Не забудем, что брат в Риверран не показывается, а неуправляемый сын куролесит по округе, и надавить на него Хостер то ли не может, то ли - после всего, что было, - попросту боится. Чудесная старость вышла у лорда Хостера, комфортная и уютная.

Впрочем, нельзя сказать, что не заслужил. Я даже добавлю, что в поведении Лизы по отношению к отцу есть определенная справедливость. По его вине она потеряла ребенка. Пусть теперь он узнает, каково это - своего ребенка потерять. Потому что больно, да.

Ну вот, теперь можно наконец вспомнить, что это не все, и у Лизы есть еще один повод сильно досадовать на папу. Ибо Хостер, как помним, не поскупился и в неслабую мину, заложенную под ее благополучную жизнь с мужем, добавил дополнительный заряд динамита.

(продолжение... нну типа следует...)
Tags: заметки к Мартину
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 57 comments