Анна (anna_y) wrote,
Анна
anna_y

Category:

Императрица Мария Федоровна и убийство Павла I

По разным источникам.

А.Песков. "Павел I"

"Как только Пален узнал о смерти императора, он отправился к г-же Ливен, гувернантке молодых великих княжон и близкому другу императрицы Марии; он разбудил ее и поручил ей сообщить эту страшную весть императрице... Г-жа Ливен разбудила императрицу и сообщила ей, что с императором апоплексический удар и что ему очень дурно.
- Нет, - воскликнула она, - он умер, его убили!
Г-жа Ливен не могла долее скрывать истины; тогда императрица бросилась в спальню своего мужа" (Ланжерон).
"Она с криком требовала, чтобы ее допустили к усопшему. Ее убеждали, что это невозможно. Она на это восклицала:
- Так пусть же и меня убьют, но видеть его я хочу!" (Ливен).
"Из этого можно судить о чувствительности и о супружеской любви императрицы Марии" (Ланжерон).
"В 7 часов утра императрица была наконец допущена к телу супруга. Сцена произошла раздирательная" (Ливен).
"Императрица Мария волей-неволей присоединилась к остальным подданным своего сына... В девять часов утра водворилось полное спокойствие" (Ланжерон).


Н.Эйдельман, "Грань веков"
"Ich will regieren

В переводе с немецкого - "Я хочу править". Это восклицание (с некоторыми вариациями) помнят многие участники и современники той ночи...
Горе императрицы, в последнее время полуопальной, смешанное с честолюбивыми претензиями на престол, - все это вылилось в громкую, при свидетелях, декларацию, откровенное непризнание Александра собственной матерью. Тем скорее новый царь стремится покинуть Михайловский замок, где бушует императрица. Это была серьезная ситуация, которую, кажется, и Пален не предвидел...

Вообще от той ночи осталось немало довольно острых, почти грубых афористических выражений, и приходится гадать, то ли действително в горячке говорили круто, а потом смягчали версию, то ли задним числом создавали фразы... вроде ответа Палена на восклицание вдовы Павла: "Кто же правит?"
- Об этом уже позаботились.

Мария Федоровна делает три попытки овладеть ситуацией. Первое усилие - прорваться в комнату Павла - было отбито кавалергардом Гордановым. Рассказ Вельяминова-Зернова весьма откровенен: "Вдруг императрица ломится в дверь и кричит: "Пустите, пустите!" Кто-то из Зубовых сказал: "Вытащите вон эту бабу". Евсей Горданов, мужчина сильный, схватил ее в охапку и принес, как ношу, обратно в ее спальню"...

Затем царица пробует прорваться на балкон и обратиться к войскам, но Пален не дал и резко приказал семеновскому караульному офицеру: "Никого не впускать".

Наконец, последняя попытка Марии Федоровны - пройти к телу мужа другими комнатами... К.М.Полторацкий командует 40 семеновцами на подходах к спальне, где изуродованное тело Павла приводят в порядок три врача. "Императрица... вошла и сказала ломаным русским языком: "Пропустите меня к нему". Повинуясь машинальному инстинкту, я отвечал ей: "Нельзя, Ваше Величество". - "Как нельзя? Я еще государыня, пропустите". - "Государь не приказал". - "Кто-кто?" - "Государь Александр Павлович".
Она вспылила, неистово отталкивая, схватила меня за шиворот, отбросила к стене и бросилась к солдатам. Я дал им сигнал скрестить штыки, повторяя: "Не велено, Ваше Величество". Она горько зарыдала. Императрица Елизавета [жена Александра] и великая княгина Анна [последняя из дочерей Павла и Марии, тогда еще девочка], которые ее сопровождали, захлопотали около нее." (Полторацкий)

Беннигсен многим расскажет о неискренности, властолюбии императрицы. "Мадам, не играйте комедию". - будто бы сказал он ей в какой-то момент. "...она погрозила мне пальцем со следующими словами, произнесенными довольно тихо: "О, я вас заставлю раскаяться" (Беннигсен).

Многие современники находили, что поведение вдовствующей царицы содержало немало показного, театрального, нарочито трагического (подчеркнутый культ убитого императора потом поддерживался ею всю жизнь).

[Особенно забавен этот культ, если вспомнить, что младшие дети, начиная с той же Анны - и включая будущего Николая I - были на Павла резко не похожи. Самым вероятным отцом называется придворный Муханов, архив которого Мария Федоровна потребовала опечатать и прислать к ней сразу после его смерти - и собственноручно уничтожила].

Все решило реальное соотношение политических сил. Мария Федоровна в ту ночь была явно не готова к "своему" перевороту. В Михайловском замке она, конечно, могла рассчитывать на сочувствие солдат... однако не имела той популярности в гвардии, как прежде Екатерина II... 12 марта железный Беннигсен не дал царице даже шанса. К тому же при старшей императрице все время находилась младшая, Елизавета Алексеевна, и вдова Павла не могла сдержать раздражения по этому поводу.

Отрицательный ответ Марии на неоднократные просьбы сына явиться в Зимний дворец колебал и без того неустойчивый статус ночной столицы. "Когда Беннигсен пришел к ней, чтобы от имени нового императора просить ее следовать за ним в Зимний дворец, она воскликнула: "Кто император? Кто называет Александра императором?", на что Беннигсен ответил: "Голос нации". Она ответила: "Я его не признаю", и, так как генерал промолчал, она тихо добавила: "Пока он мне не отчитается за свое поведение". Беннигсен снова предложил ей отправиться в зимний, и молодая императрица поддержала его предложение. Однако императрица-мать приняла это с большим неудовольствием и накинулась на нее со словами: "Что Вы мне говорите? Не я должна повиноваться! Повинуйтесь, если желаете" (племянник М.Ф. принц Евгений Вюртембергский).

Без сомнения, в эти часы Марии Федоровне были предъявлены все реальные и вымышленные паленские свидетельства - о намерениях убитого императора сослать свою семью, о необходимом спасении страны и династии. Однако речь шла не о былом - о власти. Вдовствующая императрица бродила по дворцу, пока Беннигсен не сумел ее запереть, изолировать.
Только в шестом часу утра, убедившись в бесплодности сопротивления, Мария Федоровна отправилась наконец в Зимний... Вполне лояльный по отношению к тетке принц Евгений: "Императрица пошла в свою комнату и надела глубокий траур. После этого она спокойно поехала в Зимний дворец, причем народ, большими толпами собравшийся по дороге, ничего для нее не сделал, как она ожидала, и даже не проявил ни малейшего расположения. Она покорилась своей судьбе, только признав себя побежденной".

Вот так вот. Вообще, по-моему, она была не очень умная, показно скромная, а на самом деле отличавшаяся повышенным самомнением дама. "Синдром полушалочка" - "перед людьми и совестью права", а также "загляни-ка в глазки мне - откроешь клад, какого не видал".

Вообще мне давно интересны Романовы - как и прочие правящие семьи - именно с позиций психологии. Там натуральная Санта-Барбара, только любой бродячий сюжет, типа там проблемы отсутствия наследников, измен, отношений отцов с детьми и т.п. - страшно усиливается и искажается как раз властью. И вообще по ним давно психоанализ плачет. Особенно по Павлу. Он был театрал, любил афишировать и громко объяснять свои чувства. Так что отношения его с матерью, с первой женой, со второй женой, с платонической любовью Нелидовой, с отнюдь не платонической любовью Лопухиной-Гагариной и большим количеством подданных - очень, очень показательная штука.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments